Сегодня и вчера

Место это напоминает славную победу Петра I (взятие шведских кораблей) и основание самого Петербурга, в ознаменование чего великий преобразователь России и воздвиг этот дворец в 1711 году для Екатерины I, назвав его Екатерингофом. В последние дни своего царствования временно поселялась в нем Елизавета Петровна, которой особенно нравились здешние цветники; но с кончиною императрицы дворец был оставлен. При Александре I граф Милорадович, бывший тогда петербургским генерал-губернатором, полюбил Екатерингоф как место отдохновения после трудов боевой и административной службы. Он исправил дворец, развел в окрестностях парки, построил воксал и беседки с превосходными видами на Неву, и вообще не щадил денег чтобы сделать эту местность любимым гуляньем для обитателей прилегающих частей города. Гулянье первого мая привлекает в Екатерингоф многочисленную публику. Зрелище этого народного праздника оживлено и блестяще; бесчисленные ряды экипажей тянутся по аллеям парка; на лужайках, по газону куртин, рабочий люд забавляется разными играми; там и сям гремят военные оркестры; наконец толпы гуляющих снуют во всех направлениях по тропинкам парка, окруженного множеством изящных дач.

В то самое время, как стрелец готов уже был поразить государя, держа его одною рукою за плечо, а в другой нож пред грудью, один из мятежников в церкви закричал ему страшным голосом: «Постой брат! Не здесь пред алтарем. Подожди, покамест выйдет из церкви. Он от нас не уйдет». Между тем, и почти в ту же самую минуту, прочие стрельцы увидели, недалеко от церкви, во весь опор скачущую конницу царскую... В смятении все разбежались и молодой царь чудесным образом невредим возвратился опять к своим. По прошествии уже более 20 лет после сего приключения, когда все бывшие возмущения давно уже укрощены, стрельцы истреблены, и не осталось из них ни единого, государство наслаж-далось покоем, и царь занимался обучением своего войска и заведением флота. Однажды учил он в Петербурге, на адмиралтейской стороне, несколько сот новоприведенных матросов; рассматривая их в строю с великим вниманием, государь вдруг взглянул на одного из матросов и так ужаснулся, что отскочил на несколько шагов, и в ту самую минуту велел его схватить. Матрос пал на землю, крича: «Повинен смерти; помилуй, государь, помилуй!»... Читать дальше...

Река, именем Горбица, которая впадает, идучи вниз, в реку Шилку с левой стороны, близь реки Черной, рубеж между обоими Государствы постановить, такожде от вершины тоя реки каменными горами, которыя начинаются от той вершины реки и по самых тех гор вершинам, даже до моря протягненных, обоих Государств державу тако разделить, яко всем рекам малым или великим, которыя с полудневныя стороны с их гор впадают в реку Амур, быти под владением Хинскаго Государства, такожде всем рекам, которыя с другия стороны тех гор идут, тем быти под державою Царскаго Величества Российскаго Государства; прочия ж реки, которыя лежат в средине меж рекою Удью под Российскаго Государства владением и меж ограниченными горами, которыя содержатся близь Амура владения Хинскаго Государства и впадают в море, и всякия земли посреди сущия меж тою вышепомямутою рекою Удью и меж горами, которыя до границы надлежат, неограничены ныне да пребывают, понеже на оныя земли заграничение великие и полномочные послы, неимеюще указу Царскаго Величества, отлагают неограниченье до инаго благополучнаго времени, в котором при возвращении с обеих сторон послов Царское Величество изволит и Богдыханово Высочество похочет о том обослатися послы или посланники любительными пересылки

Императрица Елизавета Петровна при основании корпуса пожаловала ему герб: на красном поле шпага, эфесом вниз, подложенная рулем и гродштоком. Император Николай Павлович несколько видоизменил герб корпуса, а именно: прежний герб был помещен на груди двуглавого орла, который распростер горизонтально свои крылья, орел подложен двумя якорями, за которые и держится двумя лапами. Вокруг щита положена лента, пожалованная на знамя корпуса в 1838 году. Подлинный рисунок этого герба, за подписью кн. Меншикова, начальника главного морского штаба Его Императорского Величества, находится теперь в гидрографическом департаменте морского министерства, в «альбоме флагов», копия с него помещена была тогда же в собрании морских узаконений. Отмены или изменения вида этого герба не бывало, а потому он бесспорно должен сохранить свой вид, данный Императором Николаем Павловичем, столь любившим флот и рассадник его Морской кадетский корпус

Взгляните, читатель, на первый из прилагаемых рисунков: это один из образцов деятельности Морского министерства — громадная деревянная модель (в настоящую величину) чугунной, двадцатидюймовой гладкостенной пушки, отлитой Пермским заводом. Модель поставлена (на железном станке) в отделении вагонов, локомотивов и проч. Сообщаем здесь некоторые сведения о самой пушке, в которой чистота работы и правильность размеров доходят до крайнего предела, а также и о железном коробчатом станке, снабженном английским компрессором, и приготовленном на Воткинском заводе. Подъем снарядов с земли к дулу орудия делается посредством железного крана, прилаженного на правой станине станка, — так как каждое ядро весит 28 пудов, а самый выгодный заряд — 130 фунтов призматического пороха. Во время испытания пушки, при известном угле возвышения оси орудия, ядро падало в расстоянии 600 сажень.

Генерал Паскевич, объезжая наши линии, был охвачен скачущею к вагенбургу грузино-татарскою милициею. Не имея возможности ее остановить, он, подъехав к левому флангу, убедился в намерениях Аббаса-мирзы и тут же решился воспользоваться растянутостью персидской армии и прорвать ее центр. По его приказанию, Вельяминов, подготовляя решительный удар, искусно сосредоточил артиллерийский огонь в центр армии Аббаса-мирзы. Не прошло и часу времени, как Мадатов повел первую и вторую линии в штыки; громкое ура раздалось в русском отряде, но первая линия, подойдя к неприятелю и встреченная почти в упор сильным ружейным огнем, несколько замялась, — вторая линия быстро и решительно двинулась вперед; тогда ширванцы опомнились и дружным натиском в штыки смяли сарбазов. Персидские батальоны рассыпались и, отстреливаясь, стали быстро отступать, а вся кавалерия персидской армии обратилась в бегство.

Явился с некоторого времени спекулянт, который, под предлогом исправить финансы своих ближних, хотел, как то обыкновенно случается, набить свои карманы. Ныне открылось, что антрепренер сей финансовой операции есть баронша Левенрот. Вот что изобрела она. Собрав всех торговок (на которых бы полиция давно долженствовала обратить внимание), приказала она им ходить по домам и узнавать не хочет ли кто на прокат отдавать серебро, шали и проч. Между тем и сама подобные предложения своим знакомым делала. Нашлись охотники: генеральши Эссен, Шульц, полковница Крузе и проч. и проч. представили лишнее серебро, скатерти и проч. и получили в первый месяц за прокат исправно; но на второй, третий, не получая ни гроша, испугались и прибегнули к полиции,—которая о сем ничего не знала. Кучи товаров взгромождены были в доме обер-полицмейстера. Вчера было общее собрание, раздаваны были иным положенные ими в рост капиталы. Но что оказалось, многие вещи и самые лучшие, заложены, говорят, в значительных суммах в третьих уже руках, и каждый теперь свою собственность выкупать должен. Это странно, противоречит даже и коренным законам рассудка, украденную вещь надобно возвратить тому, который ее насильственным образом лишился; а деньги выручить с вора, в какой бы сумме вещь заложена ни была; нечего с вора взять…

Мы оставим в Петербурге Медного всадника стеречь устье Невы, и принимать иностранных шкиперов с товарами для северной половины России. Или нет — он соскучатся один, и, нахмурив брови, верно поворотит своего коня к Золотому Рогу, а церковь Исаака Далматского, в честь его Ангела, мы достроим ему на берегах Далмации, насупротив города Бара, где почивают мощи Николая Чудотворца! Да, мы возьмем когда-нибудь Константинополь, и это есть убеждение всего Востока: Греки, Турки, Славяне, все равно уверены, что Константинополь будет взят Русскими. И это убеждение носит в себе Русский народ, который во время покорения Константинополя Турками, был уверен, что освободит его, и теперь, получив первое, самое неясное объявление о предстоящей войне, воспылал таким огнем, какого не знает его история. Сердце сердцу весть подает, и глас народа есть глас Божий.

Сражение под Остроленкой В награду за сражение под Остроленкой командир полка, генерал-майор Олферьев, получил орден Св. Великомученика Георгия 3 степени, а ротмистр Корсаков—4 степени, равно как весь полк щедро был награжден за свою лихую службу. «…Ошибка Скржнецкого состояла в том, что он пожертвовал 8000 избранного войска понапрасну под Остроленкой. Позиция его была чрезвычайно сильная, и Паскевич опасался ее. Но Скржнецкого сменили недовольные его действиями или бездействием начальники мятежа, и Польша погибла».(А.С.Пушкин.) Читать дальше...

Внутри крепости находились прежде общественные и казенные строения, как то: две церкви, присутственные места, караульный дом, магазины и проч., но в начале нынешнего столетия все сие за ветхостью сломано, кроме церквей и караульного дома. Деревянная соборная церковь, имеющая три придела: Воскресения Христова, Св. Николая и Св. Георгия, построена в начале прошлого столетия; другая, с приделами Благовещения и Спаса, каменная, простой архитектуры; начата строением в 1781 году, при наименовании Колы городом, на пожалованные Императрицею Екатериною II 8 т. рублей. Но как сей суммы было недостаточно, то строение и окончено уже в нынешнем столетии, на иждивении Кольского купца Попова, со вкладами прочих Колян. Третья, небольшая церковь деревянная, Св. Троицы, находится при кладбище, на острове между устьями реки Колы. На сем месте, как выше упомянуто, был монастырь. Неизвестно наверное, когда оный упразднен; но нынешняя церковь построена вместо сгоревшей в 1796 году. — Кроме сих церквей находятся в Коле две часовни: одна в северном конце города на самой оконечности мыса; другая же при восточном крае Верховья. Неподалеку от сей последней, есть большой деревянный крест, поставленный еще в 16З7 году. Коляне тщательно сохраняют оный под крышею.

Проигранная битва при Цюрихе Французы не выдержали стремительного натиска наших войск и принуждены были отступить; наши войска преследовали их 5 верст. Это были последние действия полка в кампанию 1799 г. Плачевный вид имели солдаты после этого похода. Босые, в оборванных мундирах, с изорванной амуницией, без обозов и походных палаток, солдаты представляли печальную картину. Но не смотря на то, каждый смотрел бодро и весело, рад был, что со славою вынес такой трудный поход.   Читать дальше...

Цареградские депеши я с удовольствием прочитала: все, кажется, хорошо. Прощайте, сыну моему прошу кланяться, мы все здоровы. Граф Захар Григорьевич уже со мною в поход к Москве повернется и далее не поедет. Впрочем, желаю Вам здравствовать. Сия деревня в шести верстах от пригородка Маинск, которой отчасти брату Вашему принадлежит, а он, я чаю, и от роду в нем не бывал; а мы вчерась его луга потоптали, хлеб всякого рода так здесь хорош, как еще не видали; по лесам же везде вишни и розаны дикие, а леса иного нет, как дуб и липа, земля такая черная, как в других местах в садах на грядах не видят; одним словом, сии люди Богом избалованы; я от роду таких рыб вкусом не едала, как здесь, и все в изобилии, что себе представить можешь, и я не знаю, в чем бы они имели нужду; все есть, и все дешево. Впрочем, желаю Вам здравствовать.

Несчастный Димитрий бежал из одного покоя в другой до самой ванной комнаты, но, преследуемый повсюду изменниками, он бросился из очень высокого окна; хотя он при этом и не убился, но он до такой степени расшиб себе члены, в особенности голову, что у него сильно хлынула горлом кровь. Полуживого отнес его один из телохранителей, немец, по имени Фюрстенберг, в ближайший покой и привел его в себя сильными духами. Прибежавшие некоторые из вельмож оставались сначала в нерешительности; чтобы разговор Димитрия с Фюрстенбергом не стал известным, телохранитель был тотчас же убит. Обратив затем свою ярость против несчастного Димитрия, они выбросили жестоко изувеченное тело его, протянув через половые части веревку, и как дохлую собаку повлекли по грязи на площадь; здесь он — печальное зрелище — лежал нагой, покрытый кровью и грязью целых четыре дня.

Как принц персидский вез в Петербург алмаз «Шах» и извинения за смерть Грибоедова. «...Июня 12-го снова пользовался Его Высочество ваннами теплых минеральных вод, после чего Его Высочество пожелал сам подняться пешком на высокую крутую гору Машук, куда и Его высокопревосходительство потрудился Ему сопутствовать. На самой вершине сей горы против ожидания Его Высочества была приготовлена нарочно каменная доска, на коей для воспоминания своего пребывания на Минеральных водах вырезал он собственноручно надпись с означением Его имени и года...»

Цель диспозиции была такая, чтобы сначала, угрожая неприятелю нападением во всех пунктах, привесть его в нерешимость, а потом, занимая его правым крылом нашим, в то же время левым крылом отрезать ему путь кь отступлению в Швецию, и, таким образом, опрокинуть его в горы, составляющие всю северную часть острова Оланда, где, не имея никаких способов к продовольствию своему и к отступлению, неприятель был бы принужден положить оружие и отдаться в плен победителю. Между тем нечаянно прибыл в Або министр военных сухопутных сил, граф Аракчеев, с инструкцией от Государя Императора, чтобы, по занятии Оландских островов, перейти чрез пролив Оландсгаф в Швецию и стараться овладеть Стокгольмом, чрез что надеялись положить конец сей войне.