Статьи

Умножай богатства, — вот закон и пророки для политической экономии. А так как рост богатств находится в связи с развитием потребностей, то иначе выраженная эта же заповедь гласить так: умножай и утончай потребности и создавай этим условия для роста богатств. Правда, при последовательном развитии этой доктрины экономисты наталкиваются на непредвиденную трудность, на роскошь. Роскошь есть очевидное зло и в глазах экономиста, ибо она ведет к уменьшению богатств, следовательно, противоречит первой заповеди экономического катехизиса, хотя и свято следует второй. Своеобразный интерес в экономической литературе представляют поэтому споры о роскоши и об ее значении, при чем один экономисты исходят из признания полезности, даже необходимости роскоши, поскольку ею выполняется вторая заповедь, другие подчеркивают вред роскоши, ссылаясь на первую заповедь. Спор не привел ни к чему бесспорному и остается незаконченным

Приближалась полночь. Бал был в самом разгаре. Народу собралось так много, что королю и его окружению приходилось протискиваться через толпу. Внезапно позади Густава III возникла фигура, одетая в маску и черное домино. Неизвестный выхватил пистолет и, присев, прицелился королю в спину. А он в это время резко повернулся влево. Рука преступника дрогнула, раздался выстрел, и весь заряд попал королю чуть выше бедра. Он вскрикнул по‑французски: «Я ранен» и судорожно схватил Эссена за плечо. Растерявшийся гофшталмейстер помог монарху добраться до каменной скамейки у стены. Как ни странно, паники не возникло. Музыка играла так громко, что далеко не все слышали выстрел, а некоторые приняли его за хлопушку. Тем не менее, охране удалось быстро перекрыть все выходы. Раненого короля перевезли во дворец, где его осмотрели лейб‑медики, попытавшиеся извлечь пулю из раны. Оказалось, что заряд злоумышленника состоял еще и из дроби и даже ржавых обойных гвоздиков…

Из письма Петра III Фридриху II. // Русская Старина. Том III. СПб., 1871 «...Так как война эта почти уже началась, то я не вижу вовсе средства короноваться прежде, именно относительно самого народа, так как я не могу короноваться с великолепием, к которому привык народ. Я не могу короноваться — потому что ничего не готово и ничего за скоростью нельзя здесь найти. ... Если бы русские хотели мне зла, они давно могли бы мне сделать, так как я вовсе не остерегаюсь, предаю себя на сохранение Богу: хожу пешком по улицам, свидетелем тому — Гольтц. Могу вас уверить, что когда умеют взяться за них [русских], то можно на них положиться. ... Я сам раз двадцать слышал от моих собственных солдат моего полка: «Дай Бог, говаривали они, чтобы вы поскорее стали нашим государем, чтобы нам не быть больше под владычеством женщины»

Датчане в составе Вооружённых сил Германии в 1941 – 1945 гг. Согласно нацистской расовой доктрине датчане принадлежали к категории «нордических, арийских народов». Руководство «Третьего рейха» рассматривало датчан в качестве равных немцам потенциальных союзников Германии в построении «нового порядка» в Европе. Поэтому уже менее чем через год после оккупации Дании германскими войсками 9 апреля 1940 г. оно поставило вопрос о привлечении датчан к службе в германских Вооружённых силах. Читать дальше...

Наконец, на основании состоявшегося в царствование Императрицы Екатерины II «Учреждения о губерниях» в 1778 году 4-го Декабря, было открыто Костромское наместничество, в состав которого вошло все пространство, занимаемое нынешнею губернией. …Учреждены были особые присутственные места для суда Уголовного и Гражданского, для Финансового и полицейского управления. В каждом уезде установлены уездные суды для суда и расправы дворян, городовые магистраты для дел среднего сословия, казначейства для сбора и хранения доходов и нижние земские суды для дел полицейских. Наблюдение же за правильным делопроизводством и за точным исполнением законов вверено было в каждой губернии 3-м палатам: по делам уголовным всех сословий, палате уголовного суда; по всем делам гражданским,— палате Гражданского суда; по казенным сборам — Казенной Палате. Губернское Правление сосредоточивало в себе власть исполнительную и полицейскую, имея в своем ведении нижние земские суды, городничих и исправников…

Умер Бэкон в 1626 г. вследствие простуды при опыте набивания снегом птицы Иногда высота жизни философа выясняет причины высоты и превосходства его учения, иногда низменность или внутренняя незначительность его жизни бросает свет и на характер его воззрений. Но бывают и более сложные случаи. Ничем незамечательная или даже недоброкачественная в нравственном отношении жизнь не лишена в некоторых отношениях величия и значительности и выясняет собою известные особенности внутреннего склада, напр., односторонность и узость миросозерцания мыслителя. Такой случай представляет именно биография Бэкона. Жизнь его не только не назидательна в нравственном смысле, но можно даже пожалеть, что история новой философии должна поставить в ряды первых по значению представителей своих такую сомнительную личность, как Франциск Бэкон Читать дальше...

Просила государя спасти мужа от кредиторов, а тот проиграл ее в карты Положение мужа вашего в письме вашем изображенное привлекает на себя все мое сожаление. ...Одна невозможность полагает меры моего на помощь вашу расположения. Как скоро я себе дозволю нарушить законы, кто тогда почтет за обязанность наблюдать их? Быть выше их, если бы я и мог, но конечно бы не захотел, ибо я не признаю на земле справедливой власти, которая бы не от закона истекала. Впрочем мне довольно известно состояние и имение мужа вашего, чтобы надеяться, что, при лучшем распоряжении дел его продажей некоторой части оного, не только все долги заплачены быть могут, но и останется еще достаточное имущество к безбедному вашему содержанию.

И взяли в плен Вандамма! Богданович Модест Иванович. История войны 1813 года за независимость Германии. СПб., 1863 «Вандамму предстояло тяжкое испытание. Будучи известен во всей Германии столько же суровостью, сколь и корыстолюбием, он был ненавидим немцами едва ли не более всех прочих своих земляков и Наполеона. Известие о постигшем его бедствии произвело общий восторг во всей окрестной стране. На пути Вандамма из Богемии в Россию, во всех немецких городах и местечках сбегались жители, чтобы посмотреть на пленника, как на лютого зверя, попавшего в неволю; упрекам, оскорблениям не было конца»

27 ноября по вновь наведенному мосту на реке Кутуме двинулись государевы полки в покорившийся город: впереди шли священники с молебным пением, несли икону богородицы "Живоносный источник в чудесех", данную Милославскому при отпуске государем, по обычаю. Астраханцы вышли навстречу и, увидав икону, пали на землю и завопили, чтоб государь отдал им вины, как милосердый бог грешников прощает. "Вины всем отданы, - отвечал Милославский, - и вы государскою милостию уволены". Воевода прямо отправился в собор к молебну; с иконы "Живоносного источника" велел списать новую и оставить в соборе на память будущим родам. По стенам и воротам стали сотники и стрельцы московские.Как некогда во Пскове в подобных же обстоятельствах, так теперь и в Астрахани никого не тронули. Сам Федька Шелудяк жил на свободе на воеводском дворе; другие заводчики бунта также оставались без наказания, поплатившись только награбленным добром в пользу воеводы и приказных людей; даже Алешка Грузинкин, задарив последних, получил отпуск из Астрахани; другие воры закабалились в холопи воеводе и приказным людям. Но когда все совершенно успокоилось, летом 1672 года явился в Астрахань князь Яков Одоевский для суда и расправы: главные заводчики - Федька Шелудяк, Алешка Грузинкин, Феофилка Колокольников, Красулин были повешены; Корнилко Семенов, у которого нашли заговоры, сожжен как еретик; другие отправлены на службу в верховые города.

«Можно сделать много разных предположений: что у Богрова были сообщники или что их не было, что на него пал жребий или что ему самому так захотелось, но ясно одно: он мог сделать то, что сделал, только в полном согласии со своею личною волей. Это могла быть воля сознательного террориста, это мог быть и случайный импульс политической ненависти именно к данному лицу, это могло быть и раскаяние, попытка искупления. Это, наконец, мог быть и особый вид хладнокровного безумия. Каждый волен думать, что угодно. Но воля была, и воля свободная, а не обусловленная чужой угрозой, и воля, направленная не на службу охранке… Каковы бы ни были его отношения к охранке до этого выстрела, но в этот раз его субъективная цель была не в том, чтобы оказать новую услугу охранке, а в том, чтобы нанести удар существующему государственному порядку».

«...Ибо имеретинцы еще не знают ни сладости, ни горечи Российской империи» «Ныне лучшая пора, чтобы завладеть вам Имеретией, ибо желание и намерение сие объявлено нам в Петербурге секретнейшим образом, вследствие чего мы оба по нашей опытности подали министру нашему бумагу и мысль, как легче покорить Имеретию Императорскому престолу, — каковую мысль вам и объявляем. ... . К этому осмеливаемся еще присовокупить, что теперь время возвратить нам все отнятое у нас имеретинским царем, и мы надеемся получить от вас Чквиши и Сачилао» Из письма князя Николая Дадиани к графу Гудовичу от октября 1806 года. (перевод с грузинского)

В месячном публичном заседании Вестминстерского Медицинского Общества, 20 Генваря текущего года, один из членов этого Общества, Доктор Томас Джон Понс читал рассуждение, в котором он обратил внимание своих ученых сотоварищей на пагубный обычай, начавший с недавнего времени усиливаться в среднем классе народонаселения столицы Англии, и сделавший в короткое время успехи подлинно ужасающие: он разумеет под этим употребление опиума в пищу и курение. Ученый Понс, имевший случай наблюдать в Лондоне, в врачебном отношении, одиннадцать человек от тридцати двух до сорока восьми лет, которые впивали, съедали или выкуривали ежедневно большее или меньшее количество этого усыпительного средства, свидетельствует, что из этих одиннадцати человек, двое подверглась апоплексическому удару, троих постигла водяная болезнь, а прочие шестеро были поражены общим расслаблением организма. В это же заседание, другой член общества, доктор Галли объявил, что две главные компании застрахования жизни человека, в Лондоне, потерпели столь замечательные потери от медленного отравления себя некоторых лиц опиумом, что принуждены были изменить условия и тарифы своих ручательств.

Россия в настольном энциклопедическом словаре братьев Гранат Ввоз заграничных товаров в Россию всегда был значительно меньше вывоза, — сперва вследствие ограниченности русского потребления, а потом и по причине высоких пошлин, имевших целью оградить отечественных фабрикантов от соперничества с иностранной промышленностью. В результате перевеса вывоза над ввозом значительное количество золота и серебра оставалось в стране; до начала разработки русских рудников это был единственный источник получения драгоценных металлов. Деньги в России вообще долго оставались редким и дорогим товаром. Цена их стала падать только после усиления торговых сношений с Западом, но зато нигде на Западе падение цены денег не шло так быстро, как в России... Накопление капиталов шло медленно, и накопленные капиталы редко употреблялись производительным образом. Кредит почти отсутствовал; процент равнялся 20 в древней Руси, и еще в начале XIX в. приходилось платить 10%. Читать дальше...

Елагин Сергей Иванович. История русского флота. Период Азовский. СПб., 1864 «По возвращении от не взятия Азова с консилии гг. генералов указано мне к будущей войне делать галеи, для чего удобно мню быть шхип-тимерманам всем от вас сюды, понеже они сие зимнее время будут туне препровождать, а здесь в то время могут тем временем великую пользу к войне учинить» Пётр I

Безжизненный противоположный берег тянулся узкою, песчаною полосой, слегка подернутый зеленью. Он казался колеблющимся от сильных испарений, дрожавших над рекой и местами блистал на солнце золотистым отливом... Прямо против нас виднелись на том берегу силуэты множества кибиток и шалашей, и между ними при нашем появлении засуетились пешие и конные люди. «Неприятель!» подумали мы... Три конные орудия немедленно снялись с передков и направили туда свои жерла... но в то же время несколько человек бросились с того берега в воду, достигли вплавь до ближайших отмелей, остановились и начали кричать, что здесь кочевья мирных Каракалпаков. Колонны оставили их в покое и тронулись далее