Письмо Временного поверенного в делах СССР в Литве Н.Г. Позднякова Народному комиссару иностранных дел СССР M.M. Литвинову

Письмо Временного поверенного в делах СССР в Литве Н.Г. Позднякова Народному комиссару иностранных дел СССР M.M. Литвинову
28 апреля 1939 г. Секретно

За истекший месяц, как видно из записей бесед, мы занимались в основном уточнением характера и смысла внутриполитических событий, понимая, что без этого невозможно хотя бы с приблизительной точностью предвидеть их дальнейшее развитие, которые к тому же не могут не переплетаться с внешней политикой страны. В результате этой проверки можно считать установленным следующее:
—   Многолетний руководитель Литвы Сметона под влиянием раздражения широких масс населения в связи с захватом Клайпеды, спасая режим в целом, пошел на уступку — утвердил кабинет с участием в нем четырех лиц, примыкающих к враждебным для него оппозиционным группам. В его представлении это был временный маневр. Он рассчитывал в недалеком будущем, когда все уляжется, освободиться от этих нежеланных гостей.
—   Оппозиционные группы, правильно поняв маневр Сметоны, решили не давать ему поводов, могущих его оправдать перед общественным мнением за разгон смешанного кабинета. Чтобы усилить себя, обе группы, ранее между собою враждовавшие — христианские демократы и ляудининки (народные социалисты),— объединились в единый тактический блок, в основу которого положили метод взаимных уступок, компромисс. Их тактика сейчас сводится к тому, чтобы не выдвигать больших требований (переизбрание сейма и президента, восстановление их партий и т. п.), то есть воздержаться пока от решительной схватки, накапливать силы и подрывать устои господства Сметоны. Для осуществления последнего они будут продвигать своих сторонников в госаппарат (отдельные случаи уже есть), пользуясь бюджетными затруднениями, будут через кабинет лишать финансовой поддержки массовые организации Сметоны и т. п. Эту внешне робкую, но хитрую тактику они прикрывают завесой «единения народа», заявляя, что перед лицом внешней опасности внутренние раздоры неуместны, а потому они воздерживаются от предъявления своих партийных требований, чем усиливают к себе симпатии среди политически неискушенной части общества.
—Военное ядро кабинета, включая и премьера Черниуса, выступает пока в роли беспартийных патриотов, заявляющих, что они стремятся объединить вокруг главы государства (!) и правительства все политические группы. Таким образом, у общественности создается впечатление, что новый кабинет не примыкает ни к одной из враждующих сторон, а, наоборот, старается примирить их между собой. Чтобы достичь полного между ними равновесия, кабинет намерен ликвидировать единственную легальную партию — партию Сметоны.
Наряду с этим есть и неясные на сегодняшний день пункты. Раньше всего это относится к военным членам кабинета. Почти все они выдвинулись на военном поприще благодаря Сметоне. Спрашивается, способны ли они в критическую минуту изменить ему лично и его режиму? Некоторые утверждают, что головка армии давно таит в себе недовольство по адресу союза таутининков, который на протяжении ряда лет отстранял армию от влияния на правительственную политику, и что теперь она использует момент, чтобы этот союз уничтожить. Эти же лица утверждают, что головка армии отчленяет Сметону от союза ляудининков. Уничтожая последний, она будет, однако, Сметону как президента поддерживать и защищать от нападок других политических групп.
В официальной внешней политике новый кабинет строго придерживается линии прежних кабинетов. В основе ее продолжает оставаться животный страх перед фашистской Германией. Это видно из целого ряда внутренних мероприятий — приказ газетам не писать неприятных для Германии вещей и вообще не судить агрессоров, снятие с экрана неугодных Берлину фильмов, боязнь привлечь к ответственности германских агентов, сеющих в населении панику, и т. п. Это подкрепляется далее посылкой делегации на празднества в связи с 50-летием Гитлера, дачей угодного Германии ответа в связи с выступлением Рузвельта и т. п. Литовские правители настолько за последнее время привыкли преклоняться перед Германией, что трудно ожидать каких-либо изменений в их поведении даже в том случае, если возникнет настоящий, действенный антиагрессорский фронт. Нам не приходилось наблюдать здесь такого явления, которое отмечается по Эстонии полпредом т. Никитиным,— некоторой качки, под влиянием тех или иных событий, эстонских руководителей в сторону СССР. Здесь советский фактор как бы забыт — во всех официальных выступлениях и в печати о нем умалчивают. Но, на самом деле, о нем помнят, но только не осмеливаются громко о нем говорить, чтобы не раздражать Берлин. Не редки случаи, когда отдельные официальные лица, в разговоре с глазу на глаз, высказывают по адресу СССР теплые чувства и искренне желают улучшения польско-советских отношений, чтобы получить для Литвы возможность опереться на СССР через Польшу. Такой разлад между официальной внешней политикой и скрытыми внешнеполитическими настроениями ряда государственных деятелей является сейчас характерной особенностью.
В массе трудящихся такого разлада нет. Их настроения прямо противоположны официальной внешней политике. Симпатии к СССР в этих массах растут, и они со всей готовностью поддержали бы любой поворот политики лит[овского] пра [вительсхва] в сторону Советского Союза. Правда, вражеские Литве и нашему влиянию в ней силы развивают бешеную активность, чтобы запугать, взбудоражить и сбить в свою сторону литовский народ. Противостоять этому мы почти не можем. Вследствие страха литовских властей перед фашистским соседом мы лишены возможности в широких формах информировать литовское население о нашей стране — в печати, кинофильмами, докладами и т. п.
В буржуазном лагере у нас в этом смысле нет союзников, за исключением ляудининков, которые, в силу своих воззрений, могли бы предоставить нам больше свободы действия, чем все другие группы. Партия Сметоны (таутининки) достаточно доказала свое отрицательное отношение к нашим попыткам сказать правду о СССР. А христианские демократы, эти слуги католической церкви, не раз пытались утопить эту правду в потоках лжи. Так что усиление их влияния в правительстве привело бы к еще большему уменьшению наших возможностей.

По мелким текущим делам пишу в I Западный отдел.
Вр[еменный] поверенный в делах СССР в Литве
Н. Поздняков

Цитируется по: Документы внешней политики, 1939 год, т. 22, книга 1 – М.: Международные отношения, 1992 г. стр. 317-319