Действия союзников в Германии.
В изданном вчера кратком известии к Читателям Сына Отечества сообщены все доныне полученные сведения об освобождении Голландии от Французского ига. В то же время получено известие, что Швейцарская республика приступила к Союзу против Франции. Таким образом оба фланга большой армии обеспечены приступлением двух важнейших республик Европы к общему ее делу, и она с большею уверенностью в успехе и с меньшим пожертвованием может действовать против самой Франции! Удостоверясь в неприкосновенности северных и южных стран со стороны Франции, она соберет все свои силы в центре и раздавит армию, которую Наполеон ныне собирает. От Смоленска до Москвы 384 версты, а от Майнца до Парижа 354 [версты]. Вот ответ на расчеты Наполеона, которыми он, ровно за год перед сим, старался доказать, что вступил в Смоленск, дабы приблизиться к Петербургу!
Между тем пишут из Франкфурта, что со стороны Франции предложены мирные условия. По другим же известиям, Союзные Монархи намерены предложить в последний раз мирные условия Императору Наполеону, и если он их не примет, обнародовать оные во всей Европе.
Против Даву действуют Наследный Принц Шведский и Граф Беннигсен. Он совершенно отрезан от Франции и Рейна.
Осада Германских крепостей.
Вот официальные известия о сдаче Штеттина: «Крепость сия, со всеми принадлежащими к ней редутами и припасами будет отдана Прусакам 23 Ноября. Гарнизон выйдет из нее, положит оружие на гласисе и будет отведен за Вислу военнопленным. Статские Фр[анцузские] чиновники, лекари, комиссары и т.п. исключаются из сего числа. У Офицеров оставят багаж их, а у солдат ранцы».
Действия союзников в Италии.
Небольшие крепостцы Линьян, Зиоба и Партобузо сдались Австрийским войскам.
Генерал Граф Нугент, по официальным известиям из Триеста, с бригадою своею сел на суда, и отправился неизвестно куда. Он взял с собою провианту только на 3 дня.
В Далмации, при Заре и Боко ди Каттаро, Австрийцы имеют много успехов. Гарнизон крепости Себенико отдал под суд тамошнего Французского Коменданта, расстрелял его, и сдал твердое сие место Австрийцам. Желательно, чтоб гарнизоны многих Германских крепостей последовали сему благородному примеру. Французские Коменданты без милосердия терзают бедных жителей занятых ими городов, и потому не заслуживают никакой пощады.
Действия на большом Парижском театре.
В воскресенье 2 Ноября в полдень, Император Наполеон, посреди великих чиновников своих, принял Сенат, Президент которого Граф Ласепед говорил следующую речь:
«Государь! Сенат в мыслях непрестанно сопровождал В[аше] В[еличество] посреди достопамятных происшествий нынешнего похода. Он трепетал, помышляя о бедствиях, которые окружали В[аше] В[еличество]. Тщетно усилия неприятелей Франции подкреплены были отпадением ее союзников, беспримерным вероломством, чрезвычайными бедствиями и плачевными случаями. В[аше] В[еличество] все превозмогли: вы сражались для приобретения мира.
До возобновления военных действий, В[аше] В[еличество] предложили собрать конгресс, к которому надлежало призвать все, и самые малые державы, чтоб прекратить все раздоры и положить основание твердому и всем нациям пристойному миру.
Ваши неприятели, Государь, противились собранию сего конгресса. На них должен пасть упрек в продолжении сей войны. В[аше] В[еличество] лучше нежели кто-нибудь, знаете потребности и помышления ваших подданных, знаете, что мы желаем мира. Между тем все народы твердой земли имеют в нем более надобности, нежели мы, и если, не смотря на желания и справедливые выгоды 150 миллионов душ, наши неприятели не соглашаются вступить с нами в переговоры, и хотят, в виде условий, предписать нам род капитуляции, то обманутся в тщетных своих надеждах.
Французы своею приверженностью и пожертвованиями доказывают, что никакая нация не знала лучше своих обязанностей к Отечеству, чести и Государю!»
Наполеон отвечал: «Приемлю изъявляемые вами чувствования. За год перед сим вся Европа была в союзе с нами; ныне вся Европа ополчается против нас: ибо мнение света определяется Франциею и Англиею. Итак без твердости и силы нации нам надлежало б всего страшиться. Потомство скажет, что хотя встречались великие и затруднительные обстоятельства, но Франция и я могли превозмочь их!»
* 2-е прибавление к 48 книжке Сына Отечества №XLVI от 1 декабря 1813.
