К жителям Саксонии.
Саксонцы! Мы вступаем в вашу землю, так как друзья ваши. На востоке Европы Провидение Божие изрекло страшный суд Свой над рушителем общего спокойствия, и Ангел смерти истребил триста тысяч иноплеменных мечем, гладом и стужею; он стер их с лица той земли, которую неистовые сии враги, возгордясь прежними своими успехами, покорить стремились. Мы идем, куда показует перст Провидения, и будем сражаться за безопасность древнего Престола и народной нашей независимости. С нами идет храбрый народ, который примерным мужеством своим сокрушил иноплеменного притеснителя, и будучи увенчан неувядаемыми лаврами знаменитых побед своих обещает даровать свободу порабощенным народам. Наконец наступило время к низвержению бесчестного ига, шесть лет несносною тягостью своею нас удручавшего.
Несчастливо начатая, а еще несчастнее того оконченная война принудила нас к постыдному миру; сколь условия заключенного нами Тильзитского Трактата ни были жестоки, однако ж и оные оставались без всякого исполнения. Каждый последующий потом Трактат увеличивал жестокость условий предыдущего.
Вот причина, почему свергаем мы сие поносное иго, и с неустрашимостью подъемлем оружие для возвращения похищенной у нас свободы.
Саксонцы! Вы почитаетесь народом благородным и просвещенным! Вам известно, что без независимости все блага мира сего для людей благомыслящих ничего не значат; – что порабощение есть величайшее поношение! Вы конечно не согласитесь долее сносить рабства, вы не станете долее терпеть, чтобы коварная, притворная и вероломная политика, для достижения честолюбивых и хищных своих намерений, проливала кровь ваших сынов, истребляла источники вашей торговли, ослабляла вашу промышленность, уничтожала свободу книгопечатания, и соделала вашу, некогда счастливую землю позорищем войны. Уже угнетающие вас иноплеменники, исполненные варварством, истребили без всякой нужды Дрезденский мост, служивший знаменитым памятником зодчества. Ободритесь! Восстаньте! Соединитесь с нами, ополчитесь на общего врага – и будьте свободны!
Ваш Государь находится в руках иноплеменной власти; он не имеет свободы обнаружить свои чувствования. Мы только сожалеем, а не приписываем ему те поступки, к каковым принудила его изменническая политика; мы нимало также не думаем вам отмщать. Единственно в пользу вашего Государя намерены мы принять в свое управление Области вашей земли, которые превосходство нашего оружия и храбрость наших войск покоряет нашей власти. Удовлетворяйте справедливым нуждам наших воинов, и тогда ожидайте от них соблюдения строжайшей дисциплины. Доступ ко мне, как Начальнику Прусского воинства, для каждого будет свободен; каждая жалоба выслушена будет, каждое нарушение воинского порядка накажется строго.
Друга и поборника независимости Германии будем мы почитать своим братом, а того, кто по неразумию и слабости своей уклонится от истинного пути, постараемся обратить к оному кротостью и терпением; напротив того подлый и закоснелый раб и слепой исполнитель иноплеменной тирании, подвергнется праведному наказанию, как изменник отечества.
Бунцлава, Марта [11 /] 23-го дня 1813 года.
Подписано: Блихер.
* Санкт-Петербургские ведомости №30 от 15 апреля 1813.
