Движение вольных казаков-балашовцев в 1633–1634 гг.

Смоленская война 1632–1634 гг.

Смоленское воеводство Речи Посполитой, уезды ряда заоцких и «украинных» городов, Воронежский уезд

Россия, вольные казаки атамана Ивана Балаша

Отряд «рославльских казаков» атамана А. Чертопруда и др., у них воеводы И. Н. Наумов (декабрь 1633 – март 1634), Л. Бунаков (17.03–05.05.1634); кн. И. А. Хованский с полком, воронежский воевода М. Языков (июнь 1634)

«Рославльские казаки» – от 3000 чел. в октябре 1633 г. до 8000 чел. к весне 1634 г.; полки воеводы кн. Хованского и других

До мая 1634 г. – отряды польско-литовского войска на калужском и вяземском направлении; в июне – мятежные «рославльские казаки» А. Чертопруда (сначала 6000 чел., с середины июня – около 1000 чел.)

Речь Посполитая, вольные казаки атамана Ивана Балаша

Отряды польско-литовского войска на калужском и вяземском направлении (до мая 1634); мятежные «рославльские казаки» А. Чертопруда (в июне 1634)

Балашовцы создали вольное сообщество по образцу казацкого, при этом продолжая борьбу против польских войск. До февраля 1634 г. они держали оборону Рославля (с воеводой кн. Д. Сеитовым), а затем перешли под Козельск и Калугу. Здесь с окончанием войны произошел раскол: часть казаков прорвалась на Дон, а остальные разошлись по домам.

В августе – сентябре 1633 г., с подходом на выручку Смоленска польской армии короля Владислава IV, ситуация в русском осадном лагере стала ухудшаться. Это спровоцировало бегство значительной группы казаков и солдат в Рославльский уезд. Значительная часть этих вольных людей и их атаманов состояла прежде в войске атамана Ивана Балаша, а некоторые так и оставались «в воровстве» с весны 1633 г. В итоге движение стало логичным продолжением т. н. движения Балаша или балашовцев, хотя нередко по отношению к данному войску применялся термин «рославльские казаки».

Предводителями войска были атаманы И. Н. Тесляев, А. И. Чертопруд, В. Иванов и др. Первые их отряды появились под Рославлем к началу сентября 1633 г. и участвовали в бою с литовским полковником С. Сосинским 10.09. В начале октября подошло уже более 1200 чел. донских и яицких казаков и солдат. Они защищали Рославль от противника и сами ходили в набеги на литовские земли, причем отряд Тесляева потерпел поражение (в октябре). К концу 1633 г. численность войска возросла до 3000 чел.

После блокады армии Шеина под Смоленском правительство стало собирать в Можайске вспомогательное войско бояр кн. Д. М. Черкасского и кн. Д. М. Пожарского, однако численность его ввиду разорения служилых людей и их медленного сбора оставалась крайне низкой. В декабре дворянин И. Н. Наумов был отправлен под Рославль в воеводы балашовцам, чтобы «отдать им вину» и привести под Можайск на усиление армии. Вскоре рославльцы отбили мощную атаку литовского отряда Я. Каминского и нанесли ему поражение (14 и 15.01.1634). По челобитью балашовцев царь согласился оставить в войске беглых холопов и крестьян, однако войско все равно отказалось выступать в Можайск и перешло в Дудинскую волость Козельского уезда.

Здесь его численность вновь резко увеличилась за счет подхода вольных и беглых людей из Москвы и крестьян из окрестных уездов. Движение охватило 18 уездов в Северской земле и Заоцких городах (в том числе Козельский, Воротынский, Белевский и др.). К маю численность балашовцев возросла до 8000 чел. Вместо воеводы Наумова из Москвы был прислан воевода Л. Бунаков, однако реальная власть в войске принадлежала авторитетным атаманам. Важнейшие вопросы решались на казачьем «кругу».

Казаки продолжали совершать походы на польские отряды: в частности, с Л. Бунаковым ходили на с. Щелкалово, а после высылки воеводы из полков бились с литовцами под Калугой. Вместе с тем снабжение войска за счет «приставств» переросло в грабежи и насилия уже над населением русских уездов, в том числе над помещиками и их семьями. Кроме того, в самой Москве представители балашовцев несколько раз провоцировали мятежи среди «гулящих людей». Все это вызвало возмущение служилых людей, находящихся в действующей армии, и предрешило карательную экспедицию против вольных казаков.

На следующий день после подписания Поляновского мира, 5 июня, последовало распоряжение отправить против повстанцев отряды из Калуги, Боровска и Можайска. Одновременно к ним послали грамоту о прощении с повелением вернуться в прежнее состояние и прекратить «воровство». 8 июня в их лагере произошел раскол. «Кормовые» дети боярские (солдаты) и ряд холопов во главе с Г. Ростопчиным (около 1500 чел.) пошли к Серпухову для принесения повинной и «разбора», а донские и яицкие казаки с остальными балашовцами во главе с атаманами А. Чертпрудом и Ф. Коляхом отбились и двинулись на Дон. В погоню за ними были посланы конные сотни полка кн. И. А. Хованского, которые погромили балашовцев на р. Проне (13 июня). Под Веневом большая часть войска разошлась, и лишь тысяча бойцов с «литовским» полоном продолжила путь на Дон. Воронежские ратники Т. Михеева не сумели перехватить их, имев лишь небольшую стычку в урочище Тойденское Раменье при переправе черз р. Битюги.

Движение балашовцев является проявлением казацкого мятежа, традиционного со времен Смутного времени. Его широкому размаху способствовала большая численность полков «нового строя» русской армии, которые еще не были спаяны в боевые коллективы и страдали от перебоев со снабжением и плохой дисциплины – зато имели хорошее казенное вооружение. Кроме того, правительство само формировало и вооружало отряды добровольцев из крестьян и посадских людей для усиления действующей армии, и часть из них соединялась с балашовцами. По аналогии с периодом Смуты воеводы обычно не рассматривали вольных казаков как врагов, предпринимая периодически попытки привлечь их на царскую службу или совместные походы. Вопрос выдачи боевых холопов и казенного имущества был принципиально поднят лишь после официального окончания войны, причем значительная часть балашовцев проявила лояльность к царской власти. На Дон бежали лишь вышедшие оттуда ранее казаки, а также холопы и иные люди, пожелавшие присоединиться к казачьему войску. Уже через год часть из них явилась на царскую службу в качестве станицы «рославльских казаков».

Разорение значительных территорий Русского государства; ослабление армии Шеина под Смоленском; рост социальной напряженности в русском обществе.

Источники: Акты Московского государства. Том I (1571–1634). С. 544–625.

Литература: Андреев И. Л. С. 116–128; Буганов В. И. С. 129–135; Загоровский В. П.; Иловайский Д. И. 2003; Поршнев Б. Ф. 1963; Поршнев Б. Ф. 1957.