Рапорт А.И. Чернышева от 5 (17) ноября 1812.

Рапорт ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Флигель-Адъютанта Полковника Чернышева, представленный Генералу от кавалерии Графу Витгенштейну, от 5 числа Ноября.

Честь имею донести Вашему Сиятельству, что по щастливом возвращении из Герцогства Варшавского с отрядом, мне вверенным тогда, когда 3-я Западная армия следовала из Бреста к Минску, Господин Главнокомандующий Адмирал Чичагов, быв долгое уже время в совершенной неизвестности о блистательных движениях войск, Вашему Сиятельству вверенных, равно и о расположении главных сил Французской армии, а особливо корпуса Маршала Виктора, счел нужным употребить всевозможное старание для скорейшего открытия прямого сообщения с корпусом Вашего Сиятельства; по чему Господину Главнокомандующему угодно было в Слоним 25 числа прошедшего Октября поручить мне для сего предмета казачий Пантелеева полк.

В ночи с 25 на 26 число октября, Господин Адмирал Чичагов, отправя уже почти все колонны к Несвижу, получил известие, что Князь Шварценберг (против коего был оставлен с корпусом Генерал-Лейтенант Остен-Сакен, в окружностях Бреста) отрядил довольно значительное число войск к Волковиску и Зельвы и угрожал через оное прервать коммуникацию между Генералом Остен-Сакеном и армиею, почему Господин Главнокомандующий приказал мне с вышеозначенным Пантелеева полком, находившимся тогда в Слониме, следовать к Деречину и Зельвы для занятия обоих сих постов и наблюдения за неприятельскими движениями. 27 числа октября прибыл я в Деречину и узнал, что неприятельский корпус Генерала Моора следовал из Гродны к м.Мосты и начал уже наводить в оном местечке мост; я тотчас (хотя Неман и был от меня в 6 милях) отправил туда партию, которая, найдя прикрытие работников на правом берегу реки, истребила все приготовления на левом берегу находящиеся. В то же самое время партии мои, посланные к Волковиску, уведомили меня, что неприятельские войска заняли уже оное местечко и показывались по дороге к Зельвы, что меня вынудило без потери времени соединить отряды Пантелеева казачьего полка и идти с ним навстречу неприятеля, дабы через оное иметь время истребить три моста, находящиеся на реке Зельве у самого местечка, равно и уничтожить мост, находящийся в Ивашкевичах. Неприятельская передовая конница, состоящая из нескольких эскадронов, встречена была мною за 14 верст от м.Зельвы и сильно напала на моих казаков, в чаянии захватить мосты еще в целости; но тогда, как находилась она только в версте от реки, все уже было истреблено. Ночью получил я сведение, что в Ивашкевичах мост равномерно уничтожен моею партиею, и что через два часа по сожжении оного пришел из Изабелина к селению Ивашкевичи сильный отряд неприятельской конницы. Переночевав в самом м.Зельвы, в весьма близком расстоянии от неприятеля, по утру рано 28 числа октября увидел я, что не только он ничего против меня не предпринимает; но даже и подается назад к Волковиску, что произошло, как полагать можно, от наступательных действий Генерала Остен-Сакена против главных сил Австрийской армии.

В то время как я сбирался следовать за неприятелем, получил предписание Господина Главнокомандующего из Полянки следовать мне из Деречина в Денцол на Новогродск, для наблюдения по Неману за неприятелем и потом далее в следствие прежнего моего назначения. Из Новогродка, куда я прибыл форсированными маршами, делая в сутки до 10 миль и более, предпринял я отважную мою экспедицию в то самое время, когда в Белицах, Николаеве, Лидаве и Воложине, Ракове и Радошковичах, находились сильные неприятельские отряды, а вправо в Столицах и Кайданове весь корпус Генерала Домбровского; переправясь через Неман вплавь у Колодезной, взял направление через Налибоки, Камень, в Ивенец. Я нашел в последних сих двух местечках неприятельский госпиталь, состоящий из 800 больных и до 100 человек прикрытия. Важность моего назначения и отдаленность от армии не позволили мне доставить оных пленных в армию, или отягощать свой отряд приводом оных; почему ограничился истреблением их оружий, припасов и отобранием лошадей, что и производил также во все продолжение экспедиции, в которой внезапное и совершенно неожиданное появление казаков подавало способ захватить их до несколько сотен в плен. Подходя к большой дороге за две мили к селению Дуброве, схватил я конный Французский пикет, состоящий из 20 человек кирасир и драгун, коих, по отобрании лошадей и истреблении оружий, отпустил. Через них узнал я об отступлении большой Французской армии к Смоленску и о следовании всей неприятельской силы к Минску или Могилеву, что умножило еще опасность в перерезании большой дороги от Минска до Вильны. Хотя я с полком шел день и ночь и сделал в сии сутки уже более десяти миль; но желая воспользоваться ночною порою и переехать через дорогу безопаснее, потому что днем следовали по оной неприятельские колонны, переправился не теряя ни минуты через оную благополучно и остановился в 3 верстах от оной в скрытном месте, дабы наблюдать ее и захватывать курьеров. К великому моему щастию удалось мне отбить ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Генерал-Адъютанта Барона Винценгероде, взятого в плен в Москве против всех прав народных; с ним вместе выручил я также Генерал-Майора Свечина 3, Изюмского гусарского полка Майора Нарышкина, находящегося при Бароне Винценгероде; посланного Графом Штейнгелем для отыскания армии Адмирала Чичагова, Есаула Князева и 12 класса Комиссионера Полутова, при коих находились 3 Французские жандарма; да сверх оного взял три Кабинет-курьера Французского Императора, следующих один из Парижа в армию, а два из армии в Париж; бумаги, найденные у них особенной важности. Я словесно буду иметь честь донести Вашему Сиятельству о их содержании.

Потом поспешил я сколь можно к достижению цели моей экспедиции, от успеха которой зависели конечно важнейшие соображения для общих военных действий. Подходя уже к м.Березину встретил я Хорунжева Демидова, посланного с партиею к Адмиралу Чичагову, коему я дал достаточное наставление для выполнения его поручения и при оном подробное донесение Господину Адмиралу Чичагову, которому с марша я отправил прежде сего три шифрованные депеши. По предписанию, данному мне Господином Главнокомандующим, Пантелеева казачий полк должен присоединиться к корпусу Вашего Сиятельства. Смею сказать, что благоразумие и отличное усердие Майора Пантелеева, который был моим совершенным помощником, равно и неутомимость, храбрость и решительность его казаков соделывают оный полк достойным Вашего замечания. Деяния их будут мною в последствии представлены по команде к справедливому награждению за экспедицию, каковой, можно сказать, мало было еще примеров. В продолжении 4 суток с половиною сделал я более 350 верст, быв беспрестанно окружен со всех сторон многочисленными неприятельскими войсками; переплыл через четыре реки, истребил большое количество обозов, а притом между прочим аптеку Императорской Французской гвардии, и сверх оного доставил первое сведение о действиях 3-й Западной армии и о внутреннем положении неприятельских войск. Приближаясь к корпусу Вашего Сиятельства, начал я собирать пленных, коих доставлено будет, кроме жандармов и курьеров, до 50 человек.

Потеря с нашей стороны состоит в 4 казаках убитых, 5 раненых и 6 без вести пропавших; да лошадей 4 убитых и 4 раненых.

Отдаленность армии Адмирала Чичагова вынуждает меня испрашивать у Вашего Сиятельства, донести все вышепрописанное до сведения ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА.