Бой в Большом Утицком лесу - Стычки при селе Бородино - Стычка при селении Самойлове

2-я Западная армия генерала князя Багратиона.

Из всех событий, происходивших 25 августа на Бородинской позиции, дело 25 августа на крайнем левом фланге этой позиции было самое замечательное, самое важное для нас. Немногого только не хватило, чтобы Бородинское сражение, благодаря этому делу, разыгралось и решилось не 26 августа, а тогда же, т. е. 25 августа. По числу наших войск, участвовавших в деле 25 августа, оно было далеко не маловажное. Судя по продолжительности боя и по нашим потерям, оно было и кровопролитное, и упорное.

В нем участвовали почти исключительно егерские полки 2-й Западной армии, смененные на время Смоленским пехотным полком и батальонами 2-й сводной гренадерской дивизии генерал-майора графа Воронцова. Несомненно, что егерский (стрелковый) бой 25 августа служил продолжением сражения 24 августа при деревне Шевардино. Он, то утихая, то возобновляясь, шел в ночь с 24 на 25 августа, продолжался ранним утром 25 августа, затих на некоторое время и вновь разгорелся «ввечеру 25 августа», снова затих и затем вплоть до начала Бородинского сражения, т. е. до раннего утра 26 августа, у нас происходили схватки и стычки на нашем крайнем левом фланге с французскими вольтижерами и с польскими тиральерами (стрелками).

Бой шел с переменным для нас счастьем. Были такие моменты боя, когда превосходный численно противник отодвигал наши войска назад и бой происходил «в лесу у флешей нашего левого фланга», но случались и такие моменты, когда наши войска отбрасывали неприятеля и занимали «находящийся на левом фланге нашего (Шевардинского) редута лес». Арена боя 25 августа была «в кустарниках», «в лесу», «лес у флешей нашего левого фланга», «фланг леса, подходившего к нашим флешам».

Участвовали с нашей стороны в бою 25 августа 6-й, 41-й егерские полки (егерская бригада полковника Глебова 1-го 12-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса), 5-й и 42-й егерские полки (егерская бригада полковника Гогеля 1-го 26-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса), Смоленский пехотный полк (12-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса), некоторые сводные гренадерские батальоны 2-й сводной гренадерской дивизии генерал-майора графа Воронцова и, судя по отрывочным данным, Нижегородский и Полтавский пехотные полки (26-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса) и батарейная № 32 рота (подполковника Белинсгаузена) 3-й резервной артиллерийской бригады.

При этом надо помнить, что все эти войсковые части участвовали в бою 25 августа не одновременно, а в две смены. Егерские полки, особенно егерская бригада полковника Гогеля 1-го (5-й и 42-й егерские полки), находившаяся 24 августа в составе арьергарда генерала графа Сиверса 1-го, были страшно ослаблены численно, утомлены физически и нравственно сражением 24 августа при деревнях Доронино и Шевардино, ночным боем с 24 на 25 августа, боем «ввечеру 25 августа», а посему эти полки, по приказанию генерала князя Багратиона, были сменены, пользуясь одним из перерывов боя, ночью 25 августа: егерская бригада полковника Гогеля 1-го (5-й и 42-й егерские полки) – некоторыми сводными гренадерскими батальонами 2-й сводной гренадерской дивизии генерал-майора графа Воронцова, егерская бригада полковника Глебова 1-го (6-й и 41-й егерские полки) – Смоленским пехотным полком. Перед рассветом 26 августа эти егерские полки вновь заняли свои прежние позиции в лесу, а Смоленский пехотный полк и сводные гренадерские батальоны, по занятии егерями снова леса, возвратились на главную позицию.

По своему характеру, обусловленному особенностями местности (заросли, кустарники, перелески и леса), бой 25 августа был исключительно егерским (стрелковым), т. е. наши войска действовали здесь «в рассыпную», т. е. в рассыпном строе. Даже Смоленский пехотный полк и сводные гренадерские батальоны «были в стрелках» во время этого боя. Результаты боя 25 августа оказались для нас благоприятными – наши войска не допустили неприятеля утвердиться прочно и окончательно в Утицком лесу; характер же действий наших войск виден из ниже приводимых наиболее характерных выписок из наградных списков.

Смоленского пехотного полка штабс-капитан Сафронов, поручики: Черняк, Стасюк, Шетерников 2-й и Богинский 2-й – «25 и 26 августа находясь с командуемыми ими ротами в рассыпной по кустарникам, наносили большой вред неприятелю, подавая собою пример подчиненным к поражению оного, при чем ранены первый, третий и последний».

Нижегородского пехотного полка подпоручики фон Мейзер и Варавва – «25 августа, командуя стрелками, оказали примерную неустрашимость».

5-го егерского полка подполковник Ковригин – «августа 24-го и 25-го, командуя полком приводил в ничто неприятельские покушения опрокидывая оного несколько раз и с примерною неустрашимостью содействовал к поражению занимаемых оным мест»...

Майор Гебель – «августа 24-го| и 25-го с батальоном удерживал все неприятельские покушения»...

Капитан Буцевич – «24-го и 25 августа с ротою удерживал противу неприятеля назначенное ему место с храбростию и неустрашимостию»...

Апшеронского пехотного полка майор Свечин – «24, 25 и 26-го числа августа с командуемым им баталионом предоставленное ему занятие мест, удерживал с успехом, опрокидывая притом несколько раз неприятельских стрелков, чем оказал личную свою храбрость и расторопность».

6-го егерского полка капитан Закревский – «августа 24-го и 25-го с ротою действовал отлично противу неприятеля»...

Штабс-капитан Затаевич – «с ротою искусно подкреплял стрелков в лесу, мужественно поражая неприятеля в превосходных силах, при чем ранен в ногу пулею».

Штабс-капитан Цыбульский – «24-го и 25-го числа с ротою подкреплял стрелков в лесу, с мужеством подавая пример подчиненным к поражению неприятеля, при чем ранен в грудь пулею».

41-го егерского полка подполковник Шеин 1-й – «24-го и 25 августа командовал полком и при всех неприятельских покушениях с особенною отличностию и мужеством отражал оного, при чем и ранен в ногу».

Закончился бой 25 августа стычкой Астраханского гренадерского полка «на рассвете 26 августа». Подробности этой стычки выясняются следующей выпиской из наградного списка.

Астраханского гренадерского полка унтер-офицеры Осип Макаров, Евдоким Петров, Трифон Романов, рядовые Петр Картаули, Иван Карапанов, Алексей Трофимов, Семен Иванов, Леонтий Симаков, Аким Кожблюк, Исайя Рудаков, Иван Яковлев, Григорий Зеленский «с 25 августа через всю ночь находились в передовых постах, а на рассвете неприятельские стрелки, наступая, открыли сильный огонь, противу которого цепь передовая принуждена была отступить. Заметя же беспечно идущего французского офицера с восемью стрелками, его защищающими, оные унтер-офицеры с своими рядовыми, презирая угрожающую опасность, решились во чтобы то ни стало истребить командующего стрелками и его конвоиров. Засев в кустарниках и пропустя, со словом "ура" ударили сзади в штыки, офицера и трех французов убили, а пять взяли в плен, отступающие же, когда услышали победоносное "ура", с отважностию наступили, опрокинули неприятельскую цепь и заняли прежнюю свою позицию; оных же пленных отдали майору 6-го егерского полка Мигаю».

Потери в сражении 25 августа 1812 года в Большом Утицком лесу теперь уже нельзя определить, так как участвовавшие в этом сражении войсковые части доставили ведомости о своих потерях общие за два дня, т. е. за 25-е и за 26 августа 1812 года вместе, а не порознь за каждое из этих сражений.

Относительно потери офицеров в сражении 25 августа 1812 года в Большом Утицком лесу известно лишь следующее:

Убиты: 42-го егерского полка штабс-капитан Василий Скугаревский, поручик Иван Шишков.

Ранены: 6-го егерского полка капитан Бергер, поручики Затаевич и Цыбульский. 41-го егерского полка подполковник Шеин 1-й, майор Слонимский 1-й, прапорщик Борошенко и Бугаевский.

1-я Западная армия генерала Барклая де-Толли.

О них сохранилось мало сведений. В рапорте генерала Барклая де-Толли, 26 сентября 1812 г., князю Кутузову об этих стычках сказано, что иррегулярные войска 1-й Западной армии (т. е. казачий корпус атамана Платова) 25 августа оставались на левом берегу реки Колочи «для наблюдения и прикрытия правого фланга и препятствовали неприятелю распространиться своею позициею в сию сторону. 25-го числа, кроме маловажных перепалок, в коих взято было несколько пленных, ничего важного не происходило».

1-я Западная армия генерала Барклая де-Толли.

Отдельный летучий кавалерийский (партизанский) отряд генерала барона Винценгероде.

Подробности неизвестны. Из записей в формулярных списках офицеров и урядников состоявшего в отряде генерала барона Винценгероде Донского казачьего генерал-майора Иловайского 4-го полка, служивших в 1815 году в Донском казачьем подполковника Грекова 26-го полку, видно, что Донской казачий генерал-майора Иловайского 4-го полк «25 августа был в сражении при селении Самойлове».