Арьергардные бои на большой Смоленско-Московской дороге между селением Колокольня и городом Гжатском и сражение при городе Гжатске

1-я Западная армия генерала Барклая де-Толли.

Центральный арьергард армии под начальством генерал- лейтенанта Коновницына. Состав его указан в начале сведений о боях этого арьергарда 17 (29) августа.

С рассветом 20 августа (1 сентября) главные силы: 1-й и 2-й Западных армий начали отступать к деревне Дурыкиной. 1-я Западная армия отступала по новой Смоленско-Московской дороге, 2-я Западная армия – по старой Смоленской дороге через деревни Щигалева, Колесники и Батюшково.

Характеристика боевого положения (тактическая обстановка) центрального арьергарда 20 августа наглядно выясняется следующим рапортом генерал-лейтенанта Коновницына 20 августа «из лагеря при селе Колокольне» генералу князю Багратиону.

«Не считая удобным сделать перемену кавалерийских полков по новому составу арьергарда, доколе оный проходить будет равнины, коими и сегодняшний марш большею частию должно следовать, ибо сказанную перемену не можно произвесть без ослабления кавалерии в одном или другом месте, которая при том, по невозможности употребить в равнинах пехоту, должна одна удерживать неприятеля, я донес об обстоятельстве сем господину генералу от кавалерии барону Беннигсену и предписал генерал-майору графу Сиверсу оставить еще сегодня при себе всю свою кавалерию, доколе не войдет в места закрытые. Сию минуту получил я известие, что неприятель меня на всех пунктах атакует».

Реляция генерал-лейтенанта Коновницына о делах его арьергарда с французским авангардом 20 августа (1 сентября) была крайне лаконическая:

«Сего числа в продолжении целого дня с семи часов утра неприятель с большим числом кавалерии и пехоты и с орудиями самого большого калибра преследовал ариергард. Несколько раз удерживали мы место и всегда принуждены были уступать оное. Следуя шаг за шагом, к вечеру он с 40 эскадронами атаковал мой правый фланг под протекциею двух батарей. В девятом часу дело прекратилось, неприятель остановился у деревни Старой, в десяти верстах от Дурыкина, имея свои ведеты впереди. Арьергард весь расположился при деревне Поляникове за семь верст от Дурыкина».

Под городом Гжатском арьергарду генерал-лейтенанта Коновницына пришлось проходить через обширный лес, затем через самый город и через мост в городе на реке Гжати. Здесь был такой критический момент, когда, казалось, гибель его была почти неизбежна. Мюрат и Даву не упустили случая воспользоваться затруднительным положением Коновницына и настойчиво атаковали его. Одновременно с этой атакой левая (северная) французская колонна, наступавшая по дороге из села Белого, угрожала правому флангу арьергарда генерал-лейтенанта Коновницына обходом. Однако наш арьергард вышел с честью из такого не только крайне затруднительного, но и крайне опасного для него положения. Много изумительных подвигов мужества оказали при этом чины арьергарда. О большинстве из них не сохранилась память, лишь немногие могут быть приведены ниже.

Конной № 7 роты (полковника Никитина) 3-й резервной артиллерийской бригады поручик Калачев, подпоручики Киреев 1-й, Корево, Сошальский 2-й – «в сражении 20 августа при отступлении ариергарда от деревни Колокольни при сильном преследовании неприятелем около 16 верст, где ариергард останавливался на 8 позициях, на каждом шагу чинили отпор, чрез что удерживали отступление, хотя при всяком разе многочисленная неприятельская артиллерия действовала на нашу батарею ядрами и картечью, которые нанесли значительный урон нашей батарее, но оная не только удерживала место, но своими выстрелами приводила в замешательство неприятельские батареи и расстраивала наступавшие кавалерийские колонны, чрез что единственно удерживала неприятеля и предоставляла спокойствие отступлению всего ариергарда».

1-го егерского полка майор Петров – «при отступлении 20 августа через город Гжатск, командуя отрядом из 200 стрелков, с распорядительностию и храбростию удерживал неприятеля в лесу».

33-го егерского полка прапорщик Полешко 3-й – «при отступлении 20 августа через город Гжатск, командуя частию стрелков 33-го егерского полка, отличился при отражении и удержании неприятеля в лесу, чем способствовал всей кавалерии пройти через город без малейшего вреда».

Роты подполковника Афанасьева 1-го (командовал ротой штабс-каиитан Шевич) 1-го пионерного полка унтер-офицер Гавриил Иванов, пионеры Наум Мартынов, Гавриил Кондратьев, Юган Биллем – «20 августа при городе Гжатске, оставаясь в ариергарде последними, под сильными ружейными и пистолетными выстрелами, во время быстрого неприятельского наступления, с отменною быстротою, неустрашимостью и мужеством, подавая собою пример и уговорив товарищей, зажгли мост, чрез что и остановили неприятеля, а ретирующиеся наши войска довольно имели времени к выстраиванию».

Донского войска подполковник Власов 3-й – «20 августа на правом фланге при городе Гжатске, имея в команде полки свой, 1-й Бугский, Перекопский конно-татарский и 1-й Тептярский, и выдержав в больших силах неприятельскую на себя кавалерийскую атаку, два раза обращал оного назад с потерею его и тем не допустил его отрезать наш арьергард».

Потери в бою 20 августа (1 сентября) под городом Гжатском.

Ранены. 1-го егерского полка майоры Ильинский 1-й, Сибирцов, штабс-капитаны Воячек, Юшкович, поручик Коневцов, подпоручики Сиверский 1-й (Григорий), Сиверский 2-й (Алексей), прапорщики Готовцев, Клугин, Цаплин, Языков, Донского казачьего генерал-майора Краснова 1-го полка хорунжий Григорий Рытченков.

1-го егерского полка: убиты 1 унтер-офицер, 1 рядовой; ранены 4 рядовых.

33-го егерского полка: убиты 2 рядовых; пропали без вести 3 рядовых.

Московского драгунского полка: убиты 1 рядовой, 1 лошадь; ранен 1 рядовой.

Сибирского драгунского полка убиты 8 лошадей.

Харьковского драгунского полка: убиты 2 рядовых; ранены 3 рядовых; пропали без вести 3 рядовых.

Черниговского драгунского полка: убиты 6 лошадей; пропали без вести 5 рядовых.

Литовского уланского полка: убиты 4 унтер-офицера, 19 рядовых, 14 лошадей; ранены 4 рядовых; пропали без вести 1 унтер-офицер, 12 рядовых, 13 лошадей.

Конной № 7 роты: ранены 4 канонира.

Сражения при городе Гжатске и при деревне Лескино

1-я Западная армия генерала Барклая де-Толли.

Правый (северный) арьергард армии под начальством генерал- майора барона Крейца. Состав его указан в начале сведений о боях этого арьергарда 17 (29) августа.

Благоприятному исходу для нас сражения под городом Гжатском много способствовали умелые и храбрые действия арьергарда генерала барона Крейца. Лес (бор) перед городом Гжатском заняли егерские полки, а все остальные войска арьергарда генерал-лейтенанта Коновницына стали отступать через город и переправляться по мосту в нем на реке Гжать. Угрожавшая обходом правого (северного) фланга арьергарда французская колонна двигалась к городу Гжатску по дороге из села Белого и так как эта дорога составляла кратчайший путь к мосту, то неприятель, овладев мостом, мог вполне свободно отрезать отступление нашим войскам, занимавшим лес перед городом. Для лучшего обеспечения и прикрытия своего правого (северного) фланга генерал-лейтенант Коновницын расположил поперек этой дороги арьергард генерала барона Крейца правым его флангом к реке Гжати, а левым – к лесу, занятому егерями, и приказал этому арьергарду «держаться, покуда все прочие войска перейдут через мост, а может быть, и умереть»...

Французский авангард стремительно атаковал наших егерей в лесу и хотя они отбивались настолько упорно, что дали время кавалерии и артиллерии центрального арьергарда переправиться по мосту через реку Гжать, но в конце концов вынуждены были очистить лес и были опрокинуты к городу Гжатску. Благодаря этому арьергард генерала барона Крейца оказался не только отброшенным к реке Гжати, но и окруженным неприятелем. Нисколько не смущаясь таким, казалось бы, безвыходным оборотом дела, генерал барон Крейц кинулся со своими драгунами и казаками в реку Гжать, перешел через нее частью вплавь, частью вброд и перетащил по дну реки бывшие при арьергарде два конных орудия.

Неприятель к этому времени успел уже перебраться по не вполне сгоревшему мосту почти вслед за арьергардом генерал-лейтенанта Коновницына и вторично отрезал путь отступления арьергарду генерала барона Крейца. Последний тогда бросился в сторону (к северу от города Гжатска), пошел полями, ломая разделявшие их заборы и плетни, и успел ускользнуть от баварской кавалерии к деревне Лескино. В этой деревне расположились драгуны, а Донской казачий Андреянова 2-го полк устроил засаду в лощине так скрытно, что неприятель не заметил ее своевременно. 13 баварских эскадронов приблизились беспечно к деревне Лескино и совершенно неожиданно для себя были атакованы с фронта драгунами, а с флангов – казаками. Бой окончился в нашу пользу: баварцы потерпели полное поражение и были обращены в бегство с большой потерей.

Некоторые эпизодические и не лишенные исторического интереса подробности действия арьергарда генерала барона Крейца 20 августа (1 сентября) заключаются в нижеприводимом перечне подвигов отличившихся в этот день офицеров отряда.

Сибирского драгунского полка шеф генерал-майор барон Крейц – «20 августа под городом Гжатском удержал неприятеля на Вельской дороге и не допустил его занять город Гжатск прежде времени; по отступлении с Вельской дороги, неприятель, пройдя через город Гжатск, атаковал голову колонны генерал-майора барона Крейца, но был им рассеян и путь к дальнейшему отступлению был прочищен; 20-го августа при деревне Лескино 13 баварских эскадронов атаковали отряд генерал-майора барона Крейца, но Сибирский драгунский полк на оные ударил и разбил». Капитан барон Оффенберг 1-й – «командовал тремя эскадронами и подкреплял арьергард; под городом Гжатском с этими тремя эскадронами удержал более двух часов дорогу Вельскую против сильных пехоты и артиллерии неприятеля, повторяя с успехом многочисленные атаки; под деревнею Лескино первый ударил на 13 баварских эскадронов и победу в нашу сторону преклонил». Штабс-капитан барон Оффенберг 2-й – «с своим эскадроном под городом Гжатском 20 августа ударил на неприятеля из первых, а того же числа под Лескиным способствовал к разбитию неприятеля, зайдя ему во фланг».

Сумского гусарского полка штабс-ротмистр Дорошенко – «исправлял должность отрядного адъютанта при генерал-майоре бароне Крейце, а 20 августа под городом Гжатском командовал эскадроном, храбро ударил два раза на неприятеля и его опрокинул».

Донского казачьего Андреянова 2-го полка войсковой старшина Земцов – «отлично находился храбрым и неусыпным и в сражении 20 августа под Лескиным опрокинутого неприятеля быстро преследовал до резерва».

Арьергардные бои при деревне Брысино и при селении Колесники

2-я Западная армия генерала князя Багратиона.

Арьергард армии («левый» или южный «отряд») под начальством генерал-майора графа Сиверса 1-го. Состав его указан в начале сведений о боях этого арьергарда 17 (29) августа.

О действиях этого арьергарда 20 августа (1 сентября) сохранились крайне скудные сведения. Арьергард генерал-майора графа Сиверса 1-го в этот день отошел от сел. Рожества (от сел. Покрова) к д. Афанасьевке. Находившийся на левом фланге этого арьергарда казачий отряд генерал-майора Карпова 2-го имел с неприятелем два дела: одно – «при отступлении и отражении неприятеля по сильном его нападении при деревне Брысиной», другое – «к вечеру при действии казаков под селением Колесниками». В первом деле отряд потерял убитыми 4 казаков, 37 лошадей, ранеными 16 казаков, 37 лошадей, а во втором деле казаки захватили в плен «14 неприятелей». В деле при селении Колесники принимал участие еще и Ахтырский гусарский полк.

Потери в боях при деревнях Брысино и Колесники.

Ахтырского гусарского полка пропали без вести 4 рядовых.

Донских казачьих полков:

Быхалова 1-го: убита 1 лошадь; ранены казак и 3 лошади.

Грекова 21-го: убиты 2 казака, 5 лошадей; ранены казак и 7 лошадей.

Иловайского 10-го: убиты казак, 12 лошадей; ранены 8 казаков, 7 лошадей.

Иловайского 11-го: убиты 5 лошадей; ранены 8 лошадей.

Карпова 2-го: убиты казак, 9 лошадей; ранены 3 казака, 7 лошадей.

Мельникова 4-го: убита лошадь; ранены казак, 3 лошади.

Сысоева 3-го: убиты 4 лошади; ранены 2 казака, 2 лошади.