Марина Мнишек с отцом под стражей (После погрома)

На переезде от Москвы до Ярославля, оконченном в 16 дней, изгнанники получали весьма скудное содержание, кормили лошадей на свой счет и охранялись, или, вернее, сторожились 300 стрельцов. Но за то, на этом же переезде Марина услышала странную новость: ей сказали, что муж ее, гибель которого она давно оплакивала, — вовсе не убит народом, но спасся и в настоящее время благополучно обретается в Самборе, родном городке Марины, в том самом Самборе, где некогда Марина выслушивала страстные признания царевича Дмитрия, где впервые снились ей престол и корона царства московского. Спасение мужа Марины, действительно, могло казаться возможным самой Марине, слышавшей еще в Москве, что труп, выброшенный на «лобное место», позорно валявшийся тут целых три дня, мало поход ил лицом на царя Дмитрия и носил ясные следы только что выбритой бороды, которой у мужа Марины вовсе не имелось. Как бы то ни было, Марина перевезла за Которосль некоторые надежды