Похороны митрополита Киевского и всея Руси Киприана в Москве в митрополичьей соборной церкви Успения Пречистой Богородицы в Москве. О митрополите Киприане.

Лицевой летописный свод Ивана Грозного. Остермановский второй том, стр. 84

И положили его по его распоряжению в митрополичьей соборной церкви Успения Пречистой Богородицы в Москве по правой стороне у стены. Первым митрополитом в Москве был Петр чудотворец, в этой соборной церкви был он и похоронен по своему завещанию; 2. Феогност Грек, также в этой церкви был похоронен по своему завещанию; 3. Алексий чудотворец, похоронен был в созданном им самим монастыре святого чуда архистратига Михаила в Москве. Четвертый – митрополит Киприан, родом серб, человек, исполненный любомудрия и божественного разума, грамотный и духовный, известный добродетельной жизнью, обучавший всех церковному учению и наукам; много было в нем старания и способностей непрестанно учить всех слову Божью, а не праздно рассуждать о суетных вещах и беседовать с нечестивыми людьми. Прожил он добродетельную жизнь до самой старости и сильно разболелся в митрополичьем селе в Голянище, тихо и безмятежно проводя свою жизнь, где была расположена его домовая церковь во имя святых Трех Святителей, где он сам любил часто бывать и жить, так как то место было тихое, безмолвное, свободное от всяческой суеты, расположено оно было между двух рек Сетуни и Раменки на стрелице* и над прудом, и вокруг было много леса. И митрополит Киприан сам часто любил пребывать там и жить, переписывал сам книги, поставлял там в епископов, упражнялся в молитве и чтении Божественных Писаний, проводил время в памяти смертной и Страшного Суда, бесконечных мучений, там же он и разболелся, пролежал несколько дней, пока не преставился. За четыре дня до своей смерти он написал прощальную грамоту, в которой всех прощал и благословлял, сам просил у всех прощения и благословения, вот истинное любомудрие и смирение. Поэтому и заповедал, так как смирением все согрешения прощаются и все благое происходит, и, покидая этот мир, заповедал епископам и всем своим ближним, говоря: «Когда меня в гроб положат, прочитайте эту грамоту людям вслух над моим телом», что и было сделано согласно его распоряжению преподобным Григорием, архиепископом Ростовским, который прочитал эту грамоту громко вслух всему народу, и когда читал ее, то у многих находящихся там навернулись слезы на глаза, раздавался громкий плач и рыдание. Было в этой грамоте написано: «Во имя Святой и Живоначальной Троицы. Я, грешный и смиренный Киприан, митрополит Киевский и всея Руси, увидев, что настала моя старость, что стал я часто болеть, очищая болезнью по человеколюбию Божью свои грехи, что умножились теперь, как никогда прежде, мои болезни, и что все это возвещает мне ни что иное, как смерть и Страшный Суд Спасителя, решил, что должен в своем завещании сказать о насущном для меня. Первое – исповедую святую, полученную от Бога, апостольскую веру и истинную православную веру в Святую Троицу и прочие священные апостольские заветы. Заповедую всем соблюдать предания святой Божьей церкви цело и без изменений Божьей благодатью, что в моим исповедании написано, то и предаю вам. Когда святитель рукополагается по обычаю, апостольскому уставу, божественным и священным заповедям святых отцов, так как апостолы были поставлены самим Богом, а святители – апостолами, поэтому являются они наследниками апостолов, а от тех святителей другие святители поставлялись по от Бога полученному апостольскому уставу, так и меня, грешного, поставил благодатью Святого Духа, по уставу священных заповедей апостолов, священный архиерей, патриарх вселенский, в правление благочестивого православного царя Константинополя. И когда я отказался от обычной жизни после своего поставления и будучи пока еще жив, всем подаю искреннее прощение в святом Духе. И всем святейшим и вселенским патриархам, и уже преставившимся, и еще живущим, также и священнейшим митрополитам, уже преставившимся и живущим, передаю свою обычную любовь и последнее целование и прощение, и сам этого же прошу у них. Благородному и христолюбивому в Святом Духе возлюбленному своему сыну, великому князю всея Руси Василию Дмитриевичу, передаю мир и благословение и последнее целование, так же как и его матери, братьям, княгине, его детям и их княгиням и детям. Также и всем великим русским князьям передаю мир и благословение, и последнее целование и их княгиням и детям. Также и всем местным князьям с княгинями и детьми передаю мир и благословение. Также и боголюбивым епископам, служащим в пределах нашей церкви в Русской митрополии, уже преставившимся и еще живущим, передаю свое благословение, прощение и любовь и прошу у них того же. Священноинокам и всему священническому чину, и всем, служащим у престола Господня, всем передаю прощение, благословение и любовь. Благочестивым малым и великим князьям и всем, уже прежде преставившимся, также передаю прощение и благословение и молюсь Господу Богу, чтобы Он простил им все их согрешения, которыми они, как смертные люди, согрешили. Знатным и незнатным боярам, их женам, детям и всему христианскому народу передаю мир и благословение. Всем инокам, живущим в разных местах, всему церковному причту передаю мир и благословение, если же на кого епитимью наложил или обидел невниманием, или какой другой виной, или кого хотел простить, а он уже скончался, или кого учил, а он ослушался меня, всех во Святом Духе прощаю, разрешаю и благословляю. Молюсь Человеколюбцу Богу отпустить им прегрешения, так как когда сосчитал свои годы, прошедшие с тех пор, как был поставлен в митрополиты, то увидел, что тридцатый год приходит в наступающем месяце декабре во 2 день, и за столько прошедших лет, если кто возроптал на меня, или отказался от епископского сана или иноческого, или священнического, или кто из мирских людей соединился с ними, и те из них, кто раскаялся и пришел ко мне исповедаться, принять прощение и разрешение грехов, уже прощены и благословлены с этого момента. И да не вменит им Господь Бог в грех, но да простит им. А те, кто или стыдятся меня, или забыли, или небрежно относятся, или опасаются меня или по скудости ума, или по наговорам недругов, любой, священник или инок, или мирской человек мужского или женского пола, любой будет прощен и благословлен, и пусть не вменится им в грех, так как это мое, и в моей власти это разрешить. Те же, кто возлюбил нас и помиловал нас ради Господа в наших бедах, путях и различных странах, христоименитые люди, вельможи, мужчины и женщины, те будут прощены, благословлены и помилованы Человеколюбцем Богом, и воздаст им Господь Бог по сердцу их. А свою душу и дом Святой Богородицы отдаю своему возлюбленному в Святом Духе сыну великому князю всея Руси Василию Дмитриевичу: как он позаботится, такую и мзду примет от Господа Бога и Пречистой Его Матери Богородицы, также и от своих бояр, слуг, молодежи от мала до велика, как пожалует и соблюдет, так и мзду примет от Господа Бога и Пречистой Его Матери Богородицы. Мир, благодать и прощение от Господа Бога нашего Исуса Христа со всеми вами и мое благословение. Писана эта грамота в церкви Трех Святителей месяца сентября в 12 день, 15-го индикта, а не подписана только по моей немощи». В конце этой грамоты приписано философское изречение: «Множество человеческое, все пришедшее на землю, оплачем общее естество, обогащенное злочастием. О, как честнейшее Божье создание, (созданное) по Его подобию и образу, (без)дыханно зрится, и мертво, увы, мерзко оно, полно нечистых червей, испускаемых смрадным дыханием. Как исчезает мудрость, как скрывается слово, как растворяется сугубое, как таится трехчастное, погибает четвертое, растлевается пятое, без дыхания и мертво? Увы, страсти, увы! Сугубая десятирица погибает, а седьмая и восьмая будущего воображает растворение. Земля – наше смешение, земля все покрывает, и земля – наше восстание. Увы, страсти, увы, мне! Нагим выхожу плакать, младенец я, нагим прихожу и нагим же уйду, тружусь и смущаюсь понапрасну, зная конец жизни. О чудо, как приходим мы все одинаково из тьмы на свет, а из света во тьму, от чрева матери с плачем приходим в мир, а из печального мира с плачем – в гроб. Начало и конец всего – плач, что необходимо: сон, тень, мечтание, житейская красота? Увы, увы, из многих страстей сплетена жизнь, но все, как красота цветка, как прах, как тень проходит». После смерти этого митрополита прочие русские митрополиты и доныне приказывают подобную грамоту класть после своего преставления в гроб, прочитывая во всеуслышание перед этим. * стрелка у слияния двух рек