Царь Иван Васильевич хочет казнить князя Семена Ростовского за измену и посылает своих бояр допросить его.

Лицевой летописный свод Ивана Грозного. Синодальный том, стр. 31

И царь и великий князь поговорил с боярами, и по его делам и по его словам осудил его казнить смертью, и на позор послал, и с товарищами. Приписка скорописью: И царь и великий князь, видя такую его злую измену, послал бояр своих: князя Ивана Федоровича Мстиславского, Ивана Васильевича Шереметева Большого, князя Дмитрия Ивановича Курлятева, Михаила Яковлевича Морозова, князя Дмитрия Федоровича Палецкого, окольничего Алексея Федоровича Адашева, постельничего Игнатия Вешнякова, да бояр же: Даниила Романовича, Василия Михайловича Юрьевых, казначея Никиту Фуникова, дьяка Ивана Михайлова; а велел его допросить, а если нужно, и пыткой пытать. И князь Семен сказал, что у него замысел возник, когда государь болел, и все думали о том, как быть, когда государя не станет, а к нему на подворье приезжал от княгини от Ефросиньи и от князя Владимира Андреевича, чтобы он поехал к князю Владимиру служить, да и людей уговорил, да со многими думами бояре: если нам служить царевичу Дмитрию, то нами владеть Захарьиным, и чем нами владеть Захарьиным, то лучше служить князю Владимиру Андреевичу; а были в той думе многие бояре – и князь Петр Щенятев, и князь Иван Турунтай Пронской, и Куракины всем родом, и князь Дмитрий Немой, и князь Петр Серебряный, князь Семен Микулинский, и иные многие бояре и дети боярские, и княжата, и дворяне в той думе были. И как Бог государя помиловал и облегчение ему дал, и мы между собой начали говорить, как бы то дело скрыть, а на подворье ко мне приезжал и Семен Морозов, а я от страха с того времени начал замышлять о побеге в Литву; что на меня мои люди говорили, все так и было.