Вопрос о том, следует ли предать социалистов суду или решить их участь административным порядком, обсуждался в Комитете Министров, который высказался в пользу гласного суда по следующим соображениям. «Комитет, — читаем в высочайше утвержденном журнале 18-го и 26-го марта 1876 года,— остановился на соображении, что одною из главнейших причин удостоверенного ныне прискорбного равнодушия благонамеренных общественных элементов к распространяющейся пропаганде разрушительных начал, представляется всеобщая до сего времени неизвестность не только для большинства публики, но и для чинов высшего государственного управления, в том числе и для большинства членов Комитета Министров, обнаруженных произведенным в последнее время дознанием, размеров пропаганды. По мнению Комитета, при такой неизвестности нельзя ставить прямым укором обществу отсутствие серьёзного отпора лжеучениям; нельзя ожидать, чтобы лица, не ведающие той опасности, которой лжеучения сии грозят общественному порядку, могли столь же энергично и решительно порицать деятельность революционных агитаторов, как в том случае, когда опасность эта была бы для них ясна и им были бы известны те пути, коими приверженцы революции, называющие себя друзьями народа, хотят прийти к нему на помощь. Такое незнание обусловливаете, конечно, в большинстве случаев легкомысленные упреки правительству за принимаемые меры преследования злоумышленников и их аресты, приписываемые часто одному лишь произволу администрации и возбуждающие обыкновенно сострадание к арестуемым и разыскиваемым лицам. Между тем, по глубокому убеждению Комитета, едва ли изложенная в представленной генерал-адъютантом Потаповым записке одного из передовых деятелей агитации картина будущности, которую революционные пропагандисты готовят настоящему поколению, могла бы возбудить какое-либо сочувствие не только в благонадежных общественных сферах, но даже в натурах неразвитых и склонных к экзальтации. Сами составители записки и программы это чувствуют и постоянно указывают на необходимость для успеха дела скрывать его конечные цели. Они с неимоверным цинизмом обсуждают все страшные последствия желаемого ими восстания и указывают на необходимость гибели настоящего поколения в потоках крови, в видах доставления благоденствия грядущим поколениям, по заранее определенным ими законам общежития. Они прямо высказывают, что для достижения их идеалов необходимы ручьи, реки, наводнения крови. Комитет глубоко убежден, что подобный бред фанатического воображения не может возбудить к себе сочувствия; но для того, чтобы общественное мнение отвратилось от провозвестников такого учения, начала этого учения не должны оставаться во мраке. Признавая, таким образом, полезным и настоятельно необходимым не только продолжать систему гласности, принятую по тем трем политическим делам, который производились в судебных учреждениях в последнее время, но допустить гласность в еще больших размерах, для полного разъяснения в обществе нашем возмутительного учения агитаторов, Комитет находит, что естественным и самым прямым путем для такой благотворной гласности представляется суд, в котором при судебном следствии может быть разоблачена вся тлетворность изъясненных учений и степень угрожающей от них опасности».
