Распросные речи полуголовы московских стрельцов Алексея Матвеева сына Лужина об обороне Чигирина:

И августа в 28 день, ввечеру, приехали от Днепра, белогородцкие татаровя Ибраим Шатану паше сказали, что боярин и гетман с великими силами Днепр перешли и торков, и татар всех у Нипра побили, и многих в полон побрали и что де их турская и нога в свою землю не уйдет. И Ибраим де Шатан паша, слыша про такие великие силы, августа против 29 числа со всеми силами и хан Инарадын с татары пошли от Чигирина прочь к Черному лесу. И пометали в обозе хлебные запасы, и на полях буйволы и быки, и в таборах пушечные ядры и гранаты, и соль, а пушек не покинули. И таборы свои зажгли, и, зажехши, в тот огонь наметы и полатки свои бросали. И пушечные ядра и гранаты, и соль их взяли казаки. А вслед за ними на вылоску великаго государя ратные люди и казаки не ходили, чая их какова обману. А про те вести, что приежав белогороцкие татаровя к Ибраим Шате сказывали, что пришли к Днепру московские и казацкие великие рати, слышал он, Алексей, последнего взятья от выходцов от казаков. А есть ли б де прибылые ратные люди и казаки в Чигирин на помочь вскоре не пришли и боярин и воеводы князь Григорей Григорьевич с полками, и гетман с казаками к Днепру не приближались, и турки б де вскоре не отступили, и в городе было б сидеть зело опасно, потому что ратные люди первые осадные осадные сидельцы и прибылые и казаки утомились, и пушечных ядр и зелья в Верхнем и в Нижнем городех стало мало. А только б де всех пушечных и полковых припасов было на три дни. А в осаду де черкасом из Верхнева города в Нижней город генерал давал пушечное и ручное зелье, потому что в Нижнем городе зелья не было.