Из записок Богдана Балыки:

Тогож року 1612 октоврия 22 дня, наждавшися праве долго ратунку и терпевши голод неслыханый, а от его кролевскои милости и от пана гетмана не могли дождати, з великим плачем всего рыцерства и нас бедных купцов, пан Струс и иншое товариство вышписаное мусели змиритися; и побрали к себе в замену Бутурлина и других бояр московских, а от нас к ним по шол пан Будило и Порванецкий.

Тогож року 1612 октоврия 22 дня, наждавшися праве долго ратунку и терпевши голод неслыханый, а от его кролевскои милости и от пана гетмана не могли дождати, з великим плачем всего рыцерства и нас бедных купцов, пан Струс и иншое товариство вышписаное мусели змиритися; и побрали к себе в замену Бутурлина и других бояр московских, а от нас к ним по шол пан Будило и Порванецкий. А князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкий и ин столник, князь Дмитрий Михайлович Пожарский и инших князей и бояр не мало и Москва все, обачивши, же наши от голоду велми зморены, и все рыцерство на трактатах бавятся и ротмистрове, козаки и бояре Трубецкого и Пожарского, ударивши у звоны и поднавши корогви, пошли до стены Китайгорода праве силою великою; мы, з голоду змордованы, ледво им отпор дали. Октоврия 26 трактаты скончили и присягу выконали, же мели всех в цале попускати, а потом, над присягу чинили, всех розно розвели и маетки разшарпали.