Из воспоминаний И.И. Дмитриева:

Объявление войны Царем Иваном Васильевичем городу Ревелю:Почалася брань Москвы с Ливонскими Немцами зато. Помногие лета Ливонские Немцы над Московскими гостями и над Новгородцами и Псковичами и над Ивангородцами чинили неправды великия. Да церкви pyccкия и погреба и палаты и концы были изстари pyccкие в Риге, в Юрьеве (Дерпте) и на Колывани (Ревеле) и те церкви Немцы разорили и концы и погреба и палаты поотнимали. А на церковных местах паракели поставили, а на Колывани, за церковью, на церковной земле, на старинном монастырском вале они пушечный двор поставилиДа изстари была дань царей Русских на Юрьевской державе, и той дани не плачивали много лет. И Царь благоверный Иван всея Pycии, положив гнев за те их неправды на всю землю Ливонскую, хотел их воевати, четыре года тому минуло. И магистр Ливонский и арцибискуп Рижский и бискуп Юрьевский прислали послов своих Ивана Вокостра (Бокхорста) с товарищи и Царю Русскому добили челом, что им во всем том исправиться: церкви pycские и концы и палаты и погребы и места (церковные!) по старине очистить и дань Юрьевскую дать со всякого человека по гривне по немецкой. А прислать, собрав всю ту дань, в третий год перемирья и вперед без перевода (промедления) отдавать. А торговым людям московским всей державы торговати у них с заморскими самимбез обиды. Да на том на всем магистр и арцибискуп и бискуп Юрьевский и все Ливонские посадники крест целовали и на грамотах перемирных печати свои приклалиДа в том во всем солгали: церквей и концов не поставили по старине, а погребов и мест церковных старых не отвели. А в Pиге церковь русскую Николу чудотворца, которую бы отдать купцам русским, отдали королю Литовскомуи купцам русским с заморскими торговать не дали никакими товарами и во всем обиды учинили больше старого. А дань Юрьевскую прислать бы в третий год перемирья по гривне со всякого человека, да и старые бы залоги, сыскав по душам, прислать бы. И магистр послов прислал Валентина, да Мельхиора c товарищами да от дани отказали, чтобы им не давать, будто у них изстари не бывала дань. А то забыли на чем крест целовали из начала и ныне что (следует) им платить. И гостям русским с заморскими торговать не давали, а барышничать Ливонцам самим промеж их. Да на чем крест целовали, в том во всем солгали и не исправили ничего. И Царь благоверный послам велел ответ учинить: коли они изменили во всем и Царь Великий Князь пошлет свою рать своей правды искать в их земле. И после того Царь и Господарь год еще ждал исправленья от них, да нималаго исправленья не дождался, и Царь благоверный положил на них гнев свой, рать нарядить многую да и изпустил (ее). И они, послышав рать, прислали бить челом, чтобы Господарь велел послам прибыть с данью и бить челом за свое неисправленье. И Царь благоверный, еще ожидал, чтобы себя перед ним исправили, и кровь бы христианская не пролилась, велел послам к ceбе быть, а рати велел на Украйну собираться и ходить не велел до своего указа, нечто (надеясь что) будет не ложно их челобитье. И Господарь рать свою воротит. И послы пришли от магистра Клаус с товарищи, да били челом Царю и Господарю, чтобы пожаловал и поголовную дань отставил, а взял бы уроком, чем пожалует. И сказали, что у них дань готова, привезена с ними и (что) во всяких делах исправятся по перемирным грамотам и по крестному целованью. И Царь благоверный еще нисшел на их челобитье, поголовную дань отставил, да по христианству, как есть Господарь православный, не хотя крови христианства, чаючи от них правды, велел взять уроком по их челобитью и во всяком исправлении хотел душам их поверить и рать свою с рубежа воротити и послы, добив челом и слово Господарское взяв, и ратью изволоча, да отказали: что с ними дани нет. А Господарь было рать воротил — даром только себе убытки поделал. И Царь и Господарь на них гнев свой положил, а послов отпустил, сделав по опасной грамоте и в их землю проводить велел совсем по-здорову. А своего гонца послал к магистру с грамотой, выписав их неправды и рати своей велел идти воевать их землю, а к городам подступать не велел, еще ожидая исправленья. А не исправятся и Господарь хочет сам подвиг учинить. И пока Бог милость свою пошлет и оборонь за обиду до конца учинит.