Даниел Крман, из путевого дневника:

Это была Полтавская битва и тот самый день 8 июля — роковой для шведов и памятный всем поколениям. Когда я вспоминаю об этом дне, волосы на голове становятся у меня дыбом, и я ужасаюсь. Но, видимо, шведское королевское величество предвидело в начале года эту неудачу. Он предписал ко дню 9 июля для толкования текста Покаяния (пророка) Осии, VII, 16: «Падут от меча князья их за дерзость языка своего; это будет посмеянием над ними в земле Египетской».

Это была Полтавская битва и тот самый день 8 июля — роковой для шведов и памятный всем поколениям. Когда я вспоминаю об этом дне, волосы на голове становятся у меня дыбом, и я ужасаюсь. Но, видимо, шведское королевское величество предвидело в начале года эту неудачу. Он предписал ко дню 9 июля для толкования текста Покаяния (пророка) Осии, VII, 16: «Падут от меча князья их за дерзость языка своего; это будет посмеянием над ними в земле Египетской». Действительно, это пал цвет шведского войска. Пленен был граф Пипер, первый министр и секретарь Штатов, пленен Олаф Гермелин, секретарь Штатов, самое доверенное лицо короля, человек набожный, выдвинутый на этот пост из ректоров Дерптской академии, питавший расположение ко мне и к моему евангелическому роду и которого надо отнести к числу первых. Были взяты в плен секретарь Цедергельм, господин граф Рейншильд, фельдмаршал, пленены были генералы Гамильтон, Штакельберг, Шлиппенбах. Попали в плен многие офицеры высшего и низшего звания, много священников, и среди них самый красноречивый — Нодберг, придворный священник. Пленена была рота отборных солдат, и на месте битвы пали более многочисленные мужи различных званий. Около 10 тысяч частью было убито, частью взято в плен