В 1665 году Англия объявляет войну Голландии, хотя фактически боевые действия начались годом раньше. В этом же году происходит одно из основных сражений войны – Лоустофтская битва.

В 1665 году Англия объявляет войну Голландии, хотя фактически боевые действия начались годом раньше. В этом же году происходит одно из основных сражений войны – Лоустофтская битва.

«Обе стороны энергично вооружались; в Голландии уже в конце декабря было запрещено, очевидно, в предвидении решительных событий, коммерческим и рыбацким судам выходить в море, отчасти из боязни их захвата, отчасти же, чтобы иметь к весне на кораблях необходимый личный состав.

Нидерланды решили заложить 24 больших военных корабля и не весь флот разоружать на зиму; все боеспособные корабли предполагалось снарядить к весне. Во всех голландских адмиралтействах и на всех английских верфях шла лихорадочная работа.

Но лишь через несколько месяцев, 14 марта 1665 г., Карл II объявил Республике войну; через год, 26 февраля 1666 г., Франция присоединилась к Нидерландам. Французский флот тогда был еще очень слаб. Отчасти из-за этого, отчасти из боязни рисковать теми силами, которыми он обладал, Людовик XIV не посылал своего флота для активных действий; война была решена флотами Голландии и Англии — опять таки исключительно морская война. Однако прошло еще некоторое время, прежде чем оба флота начали свои операции; лишь в мае они вышли в море. Зато каперская война быстро расцвела; особенной энергией в этом отношении отличалась провинция Зеландия.

Первый бой имел место 14 июня между Лоустофтом и Текселем; каждый из флотов насчитывал более 100 судов. Это было первое сражение, проведенное по правилам тактики, в кильватерной колонне, в бейдевинде под малыми парусами. Голландцы были разбиты и потеряли много судов. (…)

Поражение у Лоустофта, особенно в Голландии, обычно приписывается убитому в этом бою Обдаму. Насколько такое суждение несправедливо, показывают результаты работ комиссии адмиралов после боя; ему не только был предписан строй флота и его задачи, но даже категорически приказано немедленно вступить в бой и выражено сомнение в храбрости. Вина тут в обстоятельствах общего характера, недопустимых для ведения войны и командования.

Англичане в этом отношении пошли дальше, что очевидно из хода сражения. Их боевые инструкции, изданные во времена Блейка в 1655 г. и, вероятно, написанные Пенном, были возобновлены герцогом Йоркским (Пенн был его начальником штаба). Потом, к большому вреду для английского флота, они в течение 120 лет оставались почти без изменения.

Главные их пункты:

а) боевым строем признается кильватерная колонна в бейдевинд с расстоянием между судами в хорошую погоду 1/2 кабельтова; в этом строю флот должен оставаться сколь можно дольше;

б) при нападении наветренного флота на подветренный, первый должен лечь на тот же галс, параллельно неприятелю, флагману быть против флагмана неприятеля.

Далее указывалось, что сражаться следует под малыми парусами, что неприятельскую линию следует прорывать на контр-галсе (чего никогда не делали), что отступающего неприятеля должно преследовать фрегатами.

Единственное, что в этих инструкциях соответствует понятию о «тактике» — сам боевой строй, следовательно только внешняя форма. Бой сводится к безыскусной борьбе, имеющей целью померяться с силами противника один на один, тогда как цель тактики — так распорядиться своими силами, чтобы разбить равного или превосходящего неприятеля. Эти инструкции излишне педантичны: например, способ преследования предусмотрен непременно одними фрегатами, ограничиваясь только ими...

К счастью разные случайности, как например, ветер или штиль, отмели, течения, неодинаковая подготовка личного состава, желание идти в бой или наоборот, искусство управления судами и т. п., вносили разнообразие в операции; но многие из них все же прошли чрезвычайно однообразно, и тем более однообразно, чем выше была тактическая тренировка командиров.

Целый год прошел без каких-либо важных операций на море, факт который кажется совершенно немыслимым. Герцог Йоркский и принц Руперт вскоре сдали командование, главнокомандующим был назначен Монтегю. Об использовании полученных выгод, о закреплении завоеванного господства на море, о дальнейшем лишении неприятельских сил их боеспособности, не было и речи.

Монтегю через месяц отправился к неприятельским берегам, но провел блокаду, имевшую главной целью поймать возвращавшегося из Средиземного моря де Рюйтера, вяло и нецелесообразно.

Рюйтер обошел с своим конвоем Шотландию с севера, послал коммерческие суда в Берген, а сам, с военными судами, прошел в Голландию. Несмотря на множество следивших за ним английских кораблей, он 6 августа благополучно вошел в Эмс (на самом северо-востоке Голландии), к общему ликованию его соотечественников и особенно флота.

Уже 18 августа Де Рюйтер вступил в командование флотом, который состоял из 95 военных кораблей, дюжины брандеров, 20 авизо, и многих судов особого назначения; команды было 20 000 человек, из них 4600 солдат, орудий — 4300.

Этот флот должен был привести из Норвегии коммерческие суда и немедленно вышел в море; пройдя сначала вдоль английского берега до 58° сев. широты он направился в Норвегию, где в Бергене находилось 70 нагруженных купеческих судов, из них 10 больших кораблей Ост-Индской компании.

Когда Монтегю узнал, что этот богато нагруженный флот зашел в Берген, он отрядил эскадру для его захвата; однако большие купеческие суда с датско-норвежской помощью смогли сами отбить нападение англичан. Затем де Рюйтер сравнительно благополучно провел этот флот на родину. Жестокий шторм причинил голландским военным и торговым судам большие повреждения; Монтегю удалось захватить часть отставших и потерявшихся судов, хотя оба неприятельских военных флота не встречали друг друга.

В Голландии началась энергичная подготовка; уже через 10 дней после проигранного боя была послана большая эскадра под начальством шаутбенахта Банкерса для защиты ее торговых интересов. Командующим флотом был временно назначен Тромп: но так как от его своеволия ожидали много нежелательного, то к нему приставили комиссию из 3 депутатов Генеральных Штатов, в числе них де-Витта. Подобное и раньше имело место; отец Тромпа желал присутствия такой комиссии, но Обдаму удалось от нее отделаться. Когда 18 августа командование перешло к де Рюйтеру, Тромп не хотел сдавать ему своей должности; уступив же, часто вел себя недисциплинированно, что вредило делу.

Англия ничего не предпринимала, свирепствовавшая в Лондоне и других местах чума настолько ее парализовала, что суда стояли без дела в гаванях. Де Рюйтер после блокады Темзы и ряда нападений на побережья, от Гарвича до Даунса, вернулся в отечественные воды, к чему его принудило большое число заболеваний на эскадре. До середины февраля сильная эскадра оставалась в южной части Северного моря для защиты торговли, остальные суда были посланы в свои гавани для необходимых для будущего плавания исправлений.