В 1512 году под Равенной состоялась битва между французскими и папистскими войсками, в которой пал выдающийся военачальник Гастон де Фуа, герцог де Немур.

В 1512 году под Равенной состоялась битва между французскими и папистскими войсками, в которой пал выдающийся военачальник Гастон де Фуа, герцог де Немур.

«Из всех битв, произошедших в Италии с тех пор, как молодой Карл VIII принял важное решение установить влияние Франции на Апеннинском полуострове около двадцати лет назад, битва под Равенной была самой кровавой. На такой равнинной местности было не много возможностей, чтобы проявить тактическое искусство; противники обстреливали друг друга из пушек, сражались мечами, пиками и копьями. Когда наконец солдаты папы бежали с поля боя, они потеряли около 10 000 испанцев и итальянцев, не говоря уже об артиллерии и имуществе, которые были немедленно захвачены французами. Также в руках французов оказались несколько испанских военачальников, некоторые из них были тяжело ранены, и среди них папский легат кардинал де Медичи. Рамон де Кардона, который бежал едва ли не в самом начале — говорили, что он не отпускал поводьев, пока не добрался до Анконы, — был одним из немногих, кто спасся невредимым.

Но, как писал Баярд своему дяде, епископу Гренобля, день или два спустя, хотя король Людовик выиграл битву при Равенне, его армия чувствовала себя обескровленной. В самом деле, это была пиррова победа. Только пехота потеряла свыше 4000 человек: из пятнадцати германских командиров погибли двенадцать, тогда как из французских соратников Баярда, которые сражались с ним плечом к плечу последние двенадцать лет, едва ли уцелел хоть кто-то. Но что хуже всего, сам Немур тоже погиб. Он пал, когда его армия уже победила, пытаясь помешать отступлению испанцев. Эта потеря была невосполнима, в результате усталая армия осталась без командира. Вместо Немура командующим стал сеньор де Ла Палис, заслуженный ветеран итальянских войн, вдвое старше своего предшественника и начисто лишенный той скорости и обаяния, благодаря которым Немура прозвали Итальянской Молнией. Если бы молодой человек остался в живых, возможно, он вновь собрал бы остатки армии и двинулся бы на Рим и Неаполь, вынудив папу Юлия пойти на уступки и восстановив короля Людовика на неаполитанском троне; и тогда дальнейшая история Италии была бы совсем другой. Но Ла Палис был более осторожен по складу характера. Он довольствовался тем, что занял Равенну, где не смог предотвратить разгул насилия, который превзошел даже ту бойню, которой подверглись жители Бреши несколько недель назад, а затем вернулся в Болонью, чтобы принять изъявление покорности городов Романьи, и стал там дожидаться дальнейших распоряжений. Он привез с собой тело Немура, заупокойная служба состоялась в соборе Сан Петронио».