1811 год. 4 июля (22 июня ст.ст.) во время русско-турецкой войны 1806–1812 гг. русская армия под командованием М. И. Кутузова под Рущуком нанесла поражение турецким войскам Ахмет-паши.

Турецкое командование предполагало выйти в тыл армии Кутузова, отрезать ее от Рущукского гарнизона, прижать к Дунаю и уничтожить. Разгадав намерения противника, Кутузов смог сосредоточить войска на угрожаемых направлениях, и результате чего русская армия отразила все атаки турок и нанесла им поражение.

«После отъезда графа Каменского в командование вступил генерал Голенищев-Кутузов. Император Александр, несмотря на личную неприязнь к Кутузову, утвердил его в звании главнокомандующего армии, так как считал Кутузова вполне способным управлять армией при столь серьезных обстоятельствах.

Вступив в командование армией, в рядах которой теперь было всего 45 тысяч, Кутузов решил, что с такими сравнительно слабыми силами нельзя владеть течением Дуная на протяжении почти тысячи верст. Развивая план своего предшественника, он решил собрать армию и открыть наступательные действия в направлении от Среднего Дуная на юг к Балканам. Он оставляет укрепления Силистрии и Никополя, приведя их в негодное состояние, собирает главные силы на участке между Бухарестом и Рущуком (18 тысяч), а для прикрытия флангов армии оставляет на западе, в Малой Валахии, 7-тысячный отряд Засса, а на востоке, по Нижнему Дунаю, — отряды Волкова и Тучкова (11 тысяч).

Во время этих новых передвижений русских войск великий визирь, осведомленный об уходе за Днестр части Дунайской армии, решает действовать наступательно. Он планирует собрать свои силы к Разграду и отсюда двинуться на Рущук, вновь овладеть этим ключом Среднего Дуная и уже после этого переправиться на левый берег и вытеснить русскую армию из Валахии и Молдавии.

В середине июня обнаружилось наступление 60-тысячной армии визиря к югу от Рущука. Турки приостановились на реке Лом, в двух переходах от Рущука. Как только Кутузов раскрыл движение турецкой армии, он быстро переправил свои главные силы через Дунай и 19 июня заслонил Рущук, расположившись на позиции к югу от крепости. Визирь, осведомленный о слабости русской армии, решил немедля атаковать Кутузова.

Позиция русской армии находилась в 4–5 верстах к югу от крепости, по обе стороны Разградской дороги. Фронт позиции обозначался гребнем высот, отлого опускавшихся на левый фланг и круто ниспадавших в овраг, окаймлявший наш правый фланг. Пятнадцатитысячная русская армия расположилась так: девять пехотных каре стали в шахматном порядке: пять — в первой и четыре — во второй линии; артиллерия — в интервалах.

Многочисленная конница (до 40 эскадронов и 13 сотен) составила третью линию боевого порядка. В Рущуке для обороны крепости оставлено было всего шесть батальонов.

Утром 22 июня турки подошли к нашей позиции. Вперед вылетела турецкая конница и понеслась на левый фланг и центр обороняющихся. Залпы картечи остановили эту атаку. Отхлынув назад, турецкая конница вновь стала группироваться против правого фланга русских. Выдвинув вперед 37-й Егерский полк, Кутузов приказал егерям рассыпаться и занять окраину оврага. Турецкая конница понеслась во фланг и тыл егерям. Тогда из третьей линии на выручку егерям вынеслись казаки и Лифляндский драгунский полк; под их ударом турецкая конница обратилась в бегство. Артиллерия и пехота визиря своим огнем поддержали конницу, но дело ее было проиграно.

Едва лишь восстановлен был у нас порядок, расстроенный первой атакой вражеской конницы, как перед фронтом наших войск выросла конная масса — это из резерва визирь выдвинул 10 тысяч полудиких анатолийцев. С гиком и воем эти лихие наездники понеслись на левый фланг нашего боевого порядка. Мгновенно фланговые каре были окружены и, сплотившись, отбивались от страшных ударов кривых сабель. Явившиеся на выручку кинбурнские драгуны и белорусские гусары были смяты. Прорвавшись сквозь линии наших войск, анатолийцы помчались к крепости, надеясь врасплох захватить ее. Но расчет их не оправдался; гарнизон был в полной готовности. Дружными залпами встретил он всадников; а в это время в тыл анатолийцам в их левый фланг врезалась вся наша конница, собранная Кутузовым. Сюда же бежали егеря, чтобы своим огнем поддержать конницу. Грозная масса анатолийцев быстро была рассеяна и помчалась на юг, густо устилая поле трупами людей и лошадей. Разгром конницы так сильно подействовал на турецкую армию, что визирь уже не пытался повторить атаку. Турки поспешно отошли к д. Писанцы и укрепились за окопами. В бою они потеряли свыше 5000 человек.

Визирь с часу на час ожидал атаки, но Кутузов, несмотря на советы своих подчиненных, не счел возможным перейти в наступление. Он отлично понимал, что со слабыми силами трудно справиться с турками, засевшими в окопах. К тому же он не видел теперь цели в выступлении. Даже в случае успеха перед его армией, слабой числом и не снабженной средствами осады, выросли бы вскоре укрепления Шумлы, а с ними вряд ли могла покончить малочисленная армия. В уме нашего прозорливого вождя уже созрел иной план действий. Не предвидя решительных результатов ни в случае наступления к Балканам, ни при активной обороне Дуная, он предпочитал завлечь турок на левый берег Дуная, где можно было поставить вражескую армию в безвыходное положение. Кутузов приказал срыть укрепления Рущука и 22 июня перешел через Дунай в Журжево.

В этом отступлении турки увидели слабость русских и поторопились в свою очередь перенести действия на левый берег Дуная. Искусным маневром Кутузов заставил своего противника подчиниться своей воле».